– Тогда идёмте. Вам срочно надо лечь. И одна небольшая просьба: молчите. Даже если к вам будут обращаться. Поняли меня?

– Да, сэр.

Темноту внезапно прорезал яркий свет, и звонкий женский голос взволнованно воскликнул:

– Северус! Ну наконец-то! Я уже собиралась идти вас встречать.

– Всё нормально, Эмили. Мы прибыли. И оба почти в порядке.

В этот момент они как раз вошли в ярко освещённый холл или коридор. А может быть, это была кухня, потому что Гарри увидел живой огонь.

– В порядке?! Северус! Ты себя видел в зеркале?! Вы оба выглядите ужасно! Что случилось?

– Долго рассказывать, - Снэйп поудобнее перехватил Гарри второй рукой.
– Вот ему надо поскорее лечь. А мне принять что-нибудь сильное. Я несколько...

– Ну, разумеется!
– та, которую называли Эмили, была пышноволосой стройной женщиной в чём-то ярко-голубом. Детали Гарри не смог бы разглядеть при всём своём желании. А жаль.

– Если можно, я хотел бы устроиться в одной с ним комнате, молодому человеку нужен присмотр.

Женщина протянула руку и отвела с Гарриного лба волосы. Ну, сейчас начнётся...

– Господи!

Ну, разумеется...

– Это же... Но почему ты меня не предупредил?...

– Эмили, какая, к дьяволу, разница, кто это!
– заорал Снэйп.
– Ты уже устроишь нас где-нибудь, или мне его прямо здесь бросить?

– О, прости меня!
– чуть не плача откликнулась Эмили.
– Я такая глупая...

– Вот очень точно подмечено, - зло сказал Снэйп.

– Надо подняться на второй этаж. Вы сможете?...

– Сможем.

Снэйп дёрнул Гарри за собой, и победитель Волдеморта, стиснув зубы, потащился вслед за учителем на второй этаж.

– Сев, а нельзя сотворить носилки?

– Неужели ты думаешь, что если бы можно было, я таскал бы его на себе?
– грубо отозвался Снэйп.

– Боже мой, совсем никакой магии?

– Только зелья. Мне и так пришлось применить два заклинания. Слава небесам, всё обошлось.

– Ой, бедный мальчик. Вот сюда.

Гарри уложили на что-то мягкое и довольно удобное. Гораздо более удобное, чем та кровать в мотеле. Комната была небольшая. Покрашенная светлой краской. На стенах несколько картин. На окнах светлые занавески. Стол, пара стульев и что-то вроде комода. Похоже на больничную палату, но всё же куда лучше, чем в том притоне...

– Эмили, если в доме есть плотные шторы, принеси их сюда. У него проблемы со зрением, ему вреден солнечный свет.

– Господи. Да, я поищу. Сев, а ты не думал насчёт... Ты же знаешь, что я могу...

– Об этом не может быть речи, - отрезал Снэйп.

– Но ты ведь не сможешь ухаживать за Гарри в таком состоянии! Дамблдор должен это понимать.

– Эмили, мне понадобилось пятнадцать лет, чтобы убедить его в чистой случайности того, что между нами произошло. Давай не будем заводить этот разговор. Я в порядке.

– Ты очень сильно не в порядке!

– Справлюсь как-нибудь.

– Нет, не справишься! Ты опять это принял, я же вижу! Это очень опасно! Сердце может не выдержать!

– Эмили, если не возражаешь, мы потом с тобой это обсудим. Мне нужно устроить молодого человека.

Женщина нерешительно двинулась в сторону двери.

– Позови меня, если что-нибудь понадобится, - тихо сказала Эмили, и Гарри очень ясно услышал в её голосе слёзы. Снэйп. Оказывается, со взрослыми он ведёт себя так же, как и со студентами. А мы ещё на него обижались!

Когда за Эмили закрылась дверь, Снэйп начал его раздевать. Гарри старался не мешать, молча дожидаясь, когда учитель закончит. Наконец Снэйп стащил с него джинсы и накрыл одеялом.

– Как себя чувствуете?

– Так себе, - прошептал Гарри.

– Вы точно можете сказать?

– Слабость. И тяжесть в груди, - с трудом проговорил Гарри.

Снэйп взял его руку и начал считать пульс. Пальцы у него были холодными и твёрдыми. Но Гарри ничуть не был против этой руки. Пульс медленно бился под его пальцами. А потом Снэйп вдруг очень низко наклонился к нему и приложил ухо к Гарриной груди. Гарри с ужасом почувствовал, как бешено застучала сжатая вена под пальцами Снэйпа. Чужие волосы, рассыпавшись по голой коже, обожгли, как крапива. Грудную клетку почему-то сильно сдавило. Снэйп чуть подвинулся и снова приник к его груди. Там, где под его щекой, как обезумевшее, колотилось сердце. Странное чувство. Очень странное. Гаррина рука сама взлетела вверх и скользнула по рассыпавшимся волосам. Коснулась его щеки. Снэйп выпрямился, не говоря ни слова, и хотел было встать, но Гарри его остановил.

– Сэр.

– С вами всё нормально, Поттер. Вы просто устали после переезда.

Снэйп потрогал его лоб рукой. А потом наклонился и коснулся его губами. Гарри замер. Так мама Рона всегда проверяла, нет ли у детей температуры. «Боже, я сейчас сойду с ума!»

– Небольшой жар. Но это не страшно, - медленно произнёс Снэйп.
– Выспитесь, и всё пройдёт.

Возможно, дело было как раз в температуре, но Гарри внезапно прорвало:

– Простите меня. Мне очень жаль. Я не хотел, правда. Я думал, что всё закончится. Я больше не мог так. Один. Я не думал, что они... Но получается, что всё это было бесполезно. Бессмысленно. Я вас так подвёл...