– Главное, что ты в порядке, - наконец, произнёс Сириус.
– Кстати, ты получил моё письмо?

– Письмо?

Гарри показалось, что Блэк слегка нахмурился.

– Ну, не имеет значения, - ответил Сириус.
– Завтра рано утром нас тут уже не будет. В любом случае, они не смогут обыскать остров за несколько часов.

– Я не видел никакого письма. Наверное, просто не успел получить.

– Не важно.

– Сириус, я не понимаю…

– Прекрасно понимаешь. Неужели твои новые друзья ничего не рассказали? Ты ведь всё знаешь.

– Мои… Кто?

– Снэйп. Наверняка, это была его идея с охраной. Я почти отчаялся пробраться в замок.

– Но тебе всё-таки удалось.

– Конечно. Это было не слишком сложно. Правда, Люпин почти не отлучался из Хогвартса. Он сразу почувствовал бы моё присутствие. И я ждал.

Несмотря на смятение и растерянность, Гарри не удержался от вопроса:

– Но замок охраняли…Как ты попал в школу?

– С помощью Карты Мародёров, - ответил Блэк.

Гарри недоверчиво посмотрел на него.

– Ну… Да… Но ведь все подземные ходы засыпаны.

– Не все, - сказал Сириус.

– Я же сам слышал…

– Да. Подземные тоннели были уничтожены в прошлом году. Ауроры пользовались Картой и действовали согласно чертежу. Но дело в том, что этот чертёж делали мы с Джеймсом, и когда рисовали план школы, Гарри, я предложил ему не наносить на карту всё. Только я и он знали, где есть ещё два подземных хода. Один, к несчастью, обвалился, но второй остался цел. Хотя, толку от него не было никакого, потому что Рем сторожил тебя днём и ночью.

Гарри не мог не согласиться с тем, что отец и крёстный приняли чертовски мудрое решение. Теперь бы разобраться с последствиями… Но погодите-ка…

– Откуда ты знаешь, что Рем?..

– Я встречался с ним в Хогсмиде неделю назад. Мы разговаривали… Рем пытался убедить меня в том, что я ошибаюсь, - Сириус покачал головой.
– Но он изменил бы своё мнение, если бы прочитал дневник Лили.

– Дневник? Где он сейчас?

– Я его уничтожил. Больше никто не должен узнать то, что там написано.

– И что же там написано?
– севшим голосом спросил Гарри.

Сириус переплёл свои красивые длинные пальцы и подпёр ими точёный подбородок. Прядь волос слегка ушла в сторону, и Гарри, даже в тусклом неровном свете, рассмотрел, что половина лица, которую не скрывали волосы, была в порядке. А вот другая половина…

– Неужели твой новый опекун тебе не рассказал?

– Ты так говоришь, словно я всю жизнь только и мечтал стать его подопечным.

– А разве нет?

– Нет, - тихо, но твёрдо ответил Гарри.
– Но он спас мне жизнь. И больше никогда не оставлял меня одного.

– Ещё бы, - обронил Сириус, и его чётко очерченные губы презрительно изогнулись.

– Это правда.

– Я уже понял. Ты не рад находиться рядом со мной. Снэйп напел тебе в уши, что я не в своём уме, да?
– в голосе Блэка прозвучала едва различимая усмешка.

– Дело не в Снэйпе. Просто я очень долго тебя ждал, а тебе всё время было некогда. А теперь… Теперь слишком поздно, - сказал Гарри.

Он не боялся. Он только хотел поскорее вернуться в Хогвартс. Вот и всё. Гарри осторожно коснулся браслета. Снэйп не рассказывал, как он действует на таких больших расстояниях. Это ведь совсем не то, что находиться в одном здании. Сюда надо аппарировать… Наверняка, есть какой-то секрет… Но Снэйп ему этого не объяснял.

Северус.

– Может быть, ещё не поздно, - задумчиво отозвался Блэк.
– Мы уедем отсюда. Вместе. И всё будет по-другому.

– Сириус, нас будут искать, - Гарри постарался, чтобы его слова звучали убедительно.
– Ты попал в серьёзный переплёт. Если я для тебя хоть что-то значу, пожалуйста, вернёмся.

– Ты хочешь вернуться?
– удивлённо спросил Блэк.

– Хочу.

– Снэйп уже пообещал тебе власть над миром?

Гарри непонимающе вскинул брови.

– Нет.

– Напрасно он скрыл. Гарри, если ты вернёшься, всё начнётся снова. Я не могу этого допустить.

– Господи, да что начнётся? Я превращусь в Тёмного Лорда?

– Гораздо хуже, - тихо ответил Сириус.

– Разве может быть ещё хуже?!

– Может. Если ты останешься с теми, кто хочет тебя использовать.

– Думаешь, я кому-то позволю использовать себя?
– вспылил Гарри.
– Как ты не понимаешь, теперь я делаю то, что я хочу. И никто не смеет мне приказывать.