Блондин вышел из ванной в халате. Чёрный шёлк, наверное, придумали специально для таких, как Драко. Блестящая черная ткань потрясающе оттеняла его волосы и кожу. А ещё Гарри почему-то вспомнились волосы Снэйпа...

– Поттер, я разве не предлагал тебе сесть?
– безразличным голосом спросил Малфой. В незабинтованной руке он держал салфетку.

Гриффиндорец в недоумении воззрился на него.

– Э-э-э... Кажется, да.

– Так в чём же дело? Тут два стула и кровать.

– Я лучше пойду, - быстро сказал Гарри, услышав слово «кровать».

– Я не просто так тебя сюда позвал. Держи, - Малфой протянул ему салфетку.

Гарри машинально взял её и ощутил в пальцах слабое жжение.

– Просто приложи к лицу. Это убирает синяки. Мне не нужны проблемы, - добавил Драко тоном, который ясно говорил, что беспокоится слизеринец только о себе.

«А могло бы быть иначе?...» Гарри посмотрел на салфетку и в нерешительности поднёс её к лицу. Боль полыхнула, как пламя, но прежде чем гриффиндорец успел отдёрнуть руку, Малфой накрыл его ладонь своей.

– Спокойно, Поттер, надо просто потерпеть, - напряжённо проговорил Драко.

Гарри зажмурился и стиснул зубы. Ощущение было такое, будто к коже поднесли живой огонь. «Господи... Как я ему позволил это сделать?... Я ведь даже не знаю, что это такое...» Внезапно блондин отпустил его руку. Жжение и боль прекратились, Гарри рискнул открыть глаза… и замер, увидев лицо Малфоя в каком-то дюйме от своего лица.

– Кажется, прошло, - проговорил Драко, разглядывая его.

– Правда?
– севшим от напряжения голосом вымолвил Гарри.

– Да. Хорошо, что тебе это пока помогает, - слизеринец отошёл от него, достал из тумбочки нераспечатанную пачку и вытащил из неё сигарету.

– Что значит «пока»?

– Если часто этим пользоваться, тело привыкает, - пояснил Драко, садясь на кровать.
– Перестаёт реагировать. На меня такое зелье больше не действует, - задумчиво проговорил Малфой.
– И если Снэйп что-нибудь не придумает в самое ближайшее время, это будет весьма печально.

– Что ты имеешь в виду?
– Гарри начал понемногу приходить в себя и осознал, что на нём почти ничего не надето. «Драные джинсы не в счёт. Не надо было отдавать Добби майку...Черт бы побрал его заботливость».

– Не пойми меня неправильно, я не боюсь боли. Но из всего, что есть болезненного, самое лучшее - это пыточное проклятие. После него, по крайней мере, синяков не остаётся. У меня синяки остаются от всего. Даже если просто... Хотя, кому я это говорю... У тебя одними синяками не обошлось...
– Драко скользнул по Гарриной фигуре странным взглядом.

Гарри немедленно узнал этот взгляд. Точно так же Малфой смотрел на него в поезде.

– Мне надо... Идти. Открой, пожалуйста, стенку.

Драко медленно поднялся с кровати и направился к нему.

– Торопишься, Поттер?

Гарри понял, что вжался спиной в стену и, немедленно взяв себя в руки, сделал маленький шаг навстречу Малфою. Чтобы это не выглядело так, будто он испугался.

– Я хочу лечь, - пробормотал Гарри.

– Вот кровать, - Драко указал сигаретой на свою постель.
– Что ты так смотришь? Что-то не устраивает?

Гарри проглотил слюну и произнёс как можно спокойнее:

– Вообще-то, я имел в виду свою кровать.

– Не вижу разницы. Ученикам в этой школе полагаются одинаковые кровати, - Драко холодно улыбнулся уголком рта. Похоже, слизеринец получал удовольствие от этой недосказанности. К тому же она так очевидно тревожила Гарри.

– Открой дверь, - медленно, стараясь не выдать вновь охватившей его паники, сказал гриффиндорец.

Драко снова улыбнулся уголком рта и сделал шаг вперёд.

– А ты уверен, что хочешь уйти прямо сейчас?

– Уверен, - ответил Гарри, снова ощутив голой спиной холодные камни.

– Так значит ты уверен?
– Драко смотрел ему в глаза, и от этого взгляда у Гарри по телу побежали мурашки.

«Чёрт... Нельзя смотреть ему в глаза... Нельзя...» Гарри сделал глубокий вдох и заговорил самым безразличным тоном, на который был способен в этот момент:

– Я очень устал, Драко, правда, у меня голова плохо соображает после сегодняшнего... Давай не будем устраивать ничего на ночь глядя... Выпусти меня отсюда.