– Я делаю что-то, что мне запрещено?
– негромко спросил он.

– Отнюдь, - профессор сверлил его пронзительным взглядом.
– Просто я должен был проверить, вернулись ли вы к себе после отработки. Вас в комнате не оказалось. Вы должны понять моё волнение, мистер Поттер.

Гарри уловил в голосе Снэйпа язвительные нотки и осторожно произнёс:

– Но вы же не просили сообщить вам, когда работа будет закончена.

– Неужели?!
– правая бровь Снэйпа издевательски взлетела вверх.
– То есть вы смеете утверждать, что закончили работу?

– А разве нет?
– Гарри невинно захлопал глазами.

– Поттер, я отлично знаю, сколько времени требуется двум ученикам для того, чтобы без магии вымыть полы в Большом зале.

Было бы странно, если б Снэйп об этом не упомянул. И что теперь?

– Будем считать, на сей раз вам повезло, но надеюсь этот успех не вскружит вам голову, и мытьё полов не войдёт у вас в привычку, - Снэйп не сводил с гриффиндорца глаз, и Гарри почему-то показалось, что профессору уже всё известно. Не про полы, конечно, а про них с Драко. «А в самом деле, почему он так на меня смотрит?»

Гарри скосил глаза и проверил, на месте ли полотенце. На месте. Ну а что тогда?

– Вы не умеете ни врать, ни притворяться, Поттер. Поэтому лучше вам заниматься только тем, что у вас хорошо получается.

Гарри вскинул на учителя глаза.

– Что вы имеете в виду?!

– Только то, что сказал, - ответил Снэйп, и в уголках его тонких губ мелькнула нехорошая улыбка.
– Предупреждаю, ещё одно взыскание - и получите должность школьного полотёра до конца семестра. Работать будете под моим личным надзором.

Гарри был готов поклясться, что почувствовал прикосновение к своей коже - там, где была царапина, оставленная змейкой Малфоя. Но это, разумеется, ему только показалось. Снэйп стоял в нескольких шагах от него и, конечно же, не мог до него дотронуться. Что, впрочем, не помешало телу как-то неадекватно откликнуться на это странное ощущение.

– Надеюсь, что впредь вы не будете опаздывать на мои занятия, - Снэйп развернулся и закрыл за собой дверь.

А Гарри бросился к зеркалу. И остолбенел.

– Теперь давай разберёмся с тобой, - донеслось из-за двери.

Гриффиндорец с усилием оторвал взгляд от своих искусанных губ и засосов на груди. О... О.

– Северус, не надо!

Гарри замер в нерешительности. И что делать? Пожалуй, есть смысл дать им разобраться без него. Он сбросил полотенце и надел на себя халат. Прикосновение шёлка к коже вызвало какое-то странное волнение. Словно от поцелуя. «Гарри, хватит уже с тебя на сегодня поцелуев».

– Северус!
– почти крик.

«Что он с ним делает?!» - слегка обеспокоенно подумал Гарри.

– Ты же мне шею сломаешь!

Гриффиндорец приоткрыл дверь. Вопреки ожиданиям, картина в комнате была очень мирной. Драко стоял в двух шагах от крёстного, прижимая к груди забинтованную руку. Профессор сделал шаг навстречу Гарри.

– Ну, мистер Поттер, теперь давайте послушаем вашу версию, - произнёс Снэйп ледяным тоном.

– К-какую версию?
– Гарри растерянно перевёл взгляд с профессора на Малфоя.

Лицо у блондина было белым. Не бледным, а именно белым. А губы горели от засосов так, что не нужно было даже внимательно вглядываться. О да. О да...

– Я ведь уже рассказал, - безжизненным голосом проговорил Драко.

– Да, это было крайне занимательно. А теперь я хочу послушать мистера Поттера, - Снэйп повернулся к Гарри.
– Итак?...

– Ну...
– гриффиндорец посмотрел Снэйпу в глаза.
– Это я во всём виноват. Я его спровоцировал.

– Как трогательно, - тихо проговорил профессор.
– Ну что ж. Полагаю, правду я так и не услышал.

– Послушай, ты можешь сказать, чего от нас хочешь?
– сквозь зубы процедил Драко.

«А в самом деле, чего он от нас хочет?» - подумал Гарри.

– Я не желаю, чтобы Слизерин терял баллы по вашей милости, мистер Малфой, - ледяным голосом произнёс Снэйп.
– В Хогвартсе запрещены драки. И смею надеяться, что впредь, мистер Поттер, вы не станете провоцировать мистера Малфоя на подобные действия.

Гарри не ответил. Это «смею надеяться» звучало настолько двусмысленно, что гриффиндорец испытал непреодолимое желание дать Малфою в глаз прямо при профессоре. Чтобы тот ни на что не рассчитывал.