Разумеется, магглы-американцы тоже. Магглы несли на своих знаменах девизы «конкуренция», «корпорация», «бизнес», «доллар» и «прогресс» и очень удивлялись, почему это косные европейцы, отсталые арабы и многочисленные, как саранча, азиаты не спешат перенимать их передовой опыт и никак не хотят признать достижения американской демократии. Ведь ежу ясно: Америка - двигатель мировой цивилизации, символ справедливости и оплот свободы. Кто не понял - сам дурак.

«Интересно было бы выпустить на них Волдеморта, - подумал Гарри, разводя в воде порошок перечного зелья, - и смотреть со стороны, кто кого».

Он отдавал себе отчет, что не любит Америку за то, что та всегда оставалась в стороне. Войны шли не на ее территории. Заокеанская падчерица умела загребать жар чужими руками.

Чувство было несправедливым: в конце концов, Британская Империя в период расцвета поступала также. Но Родина на то и родина, чтобы прощать ей все.

Поморщившись, Гарри выпил перечное зелье, надеясь избавить организм от проявлений завтрашнего абстинентного синдрома, и побрел наверх.

Драко уже спал, свернувшись калачиком на выбранной им левой стороне кровати - той, что ближе к двери и дальше от окна.

Всю неделю они общались довольно мало, не обсуждая ничего важнее новостей в «Пророке», колебаний курса галлеона, последних министерских сплетен и громких переходов квиддичных игроков из одного клуба в другой.

Гарри ни словом не заикался о своих страхах и беспокойствах, связанных с созданием нового отдела, и о брожении умов, вызванном грядущими кадровыми перестановками; Драко о своих делах тоже молчал.

Это было правильно: работа относилась к будущему, а будущее для них пока оставалось terra incognita.

Будущее оставалось темным мохнатым клубком, и Гарри не осмеливался совать руку внутрь. Будить фатум не хотелось; аврор с головой погрузился в настоящее, поглощенный поэтапным достижением мирового господства в одной из квестовых стрелялок с элементами стратегии.

Пока потенциальный Император Вселенной завоевывал богатые ресурсами планеты, Драко занимался куда более практичным и полезным делом - изучал итальянский язык.

На зеркалах в ванной, шкафу и в гостиной светились незнакомые разноцветные надписи; окна во всех комнатах подверглись воздействию рисовальных чар, а на каждой вертикальной поверхности в доме красовалось по стикеру с написанным на нем крупными печатными буквами словом.

На стикеры Гарри внимания не обращал; зеркало в ванной регулярно «чистил», чтобы побриться, а со всем остальным просто мирился. Можно было только порадоваться, что фанатичность и целеустремленность Малфоя проявлялись в сфере лингвистики, а не, скажем, в разведении плотоядной флоры или хищной фауны.

Как-то раз, когда они с Драко лежали в постели, и Малфой слишком уж пристально глядел в потолок, Гарри поднял глаза вверх и увидел «бегущую строку». Огненная фраза рождалась где-то над шкафами и, величественно проплывая к окну - не хуже заставки к фильму Питера Джексона, «съедалась» по букве над ореховыми гардинами. Гарри поглазел ошалело на магический аналог скринсейвера Windows; рассмеялся, вспомнив свой единственный визит в Скотланд-Ярд.

Молоденький полицейский, сочинявший отчет, отлучился тогда выпить кофе, и система, выждав положенное время, запустила по монитору красную надпись: «Бобби* , давай работай!»

То ли неведомый Бобби воспитывал в себе так дисциплинированность, то ли коллеги воспитывали в нем чувство юмора.

[* «бобби» - сленговое название полицейских, в Англии примерно то же, что в России «менты»].

– Что?
– смущенно спросил Драко, повернувшись к смеющемуся Гарри.

– Ты эту идею у Пи Джея свистнул или у Билли Гейтса?
– Гарри приподнялся на локте и положил ладонь на обтянутое пижамой предплечье Драко.

– Кто такой Билли Гейтс?

– Производитель окон, - после паузы ответил Гарри.

– Не визионер?

– Ну… он рисует красивые картинки. Облака всякие, пейзажи «Безмятежность»* … Он маггл.

[* - если у вас установлена Windows XP, то вот те зеленые холмы, отображающиеся на десктопе по умолчанию, называются «Безмятежность»]

– Англичанин?

– Американец.

– А, тогда неинтересно, - пробормотал Драко.

«Ламер Драко», - с нежностью добавил про себя Гарри Поттер.

Или нет, лучше - «чайник Драко».

– Свет гасить?
– спросил только что обзаведшийся крышкой и носиком Малфой, которому так и не суждено было узнать о своих приобретениях.

Дождавшись утвердительного кивка, он пробормотал «Нокс» и придвинулся к Гарри, устроившись так, чтобы задевать головой его плечо.

В эту неделю у них почти не было секса.

То ли следствие настороженной отчужденности, то ли естественный результат усталости организма от учебы и непрерывной череды праздников, а скорее и то, и другое сразу.