Шрифт:
– Да.
– Но он вампир.
– Да.
– И убийца. Ты не должен винить себя в его смерти.
– Конечно.
– Ты ничего не мог предотвратить. Не вини себя в том, что не сумел его разглядеть.
– Да.
– …
– Да.
– …
– Конечно».
Рон изо всех сил подмигивал Гарри, пытаясь донести до друга, что им надо избавиться от чрезмерно бдительной Гермионы и надраться вместе до зеленых соплохвостов. Гарри послушно кивал, точно так же, как и подруге на ее рассуждения о его предполагаемом душевном кризисе.
Но супруги Уизли досидели до девяти, и когда Гермиона, наконец, поднялась, сказав: «Нам, должно быть, уже пора», Рон сумел только бросить на друга тоскливый взгляд, прежде чем исчезнуть в каминном пламени.
Гарри захватил едва початую бутылку белого полусухого и, оставив стол неубранным, поднялся наверх. Дверь кабинета Драко была закрыта: для дипкорпуса настала пора отрабатывать отгулянное, и Гарри, не задерживаясь, прошел к своему кабинету.
У него тоже была работа.
О, у него было море работы.
Плюхнув бутылку на не начатый даже отчет, Гарри порылся в тумбочке и достал грязный стакан.
Вся суета в Министерстве прошла в этот раз мимо него: на ушах стоял Криминальный, высшие министерские чины и репортеры, украшавшие первые полосы газет двухдюймовыми заголовками: «АВРОР ОКАЗАЛСЯ ВАМПИРОМ-УБИЙЦЕЙ! КОМУ МОЖНО ДОВЕРЯТЬ В НАШЕ ВРЕМЯ?», «АВРОР-«ОБОРОТЕНЬ»!, «УБИЙЦА В ЗАКОНЕ».
С Гарри поговорила женщина с добрыми ласковыми глазами - психовед нацбеза, охарактеризованная Гермионой словами: «та еще тварь». Та еще тварь дала положительное заключение, судя по тому, что Гаррино начальство не спешило отправить аврора на отдых к морю или посылать в командировку в графство * * * шир с благородной миссией помощи местным аврорам на ближайшие полгода.
Напротив, Милтон Фриз решил, что лучшим способом оправиться от надлома после этой истории станет деятельность, никоим образом с ней не связанная, - и осчастливил Гарри отчетом о маггловском оружии, который нужно сделать до первого марта, и которым легко можно было угробить человека - если свалить кипу форм ему на голову.
Форм было ровно сто пятьдесят. Милтон Фриз хотел знать о маггловском оружии ВСЕ.
Гарри пока даже не проглядел их толком. Он сидел в отделе с Роутером, усердно копавшемся в деле Мэдривера, и смотрел в окно. Там, снаружи, была грязная улица, редкие прохожие, бредущие под лениво моросящим дождем, и подмерзшая слякоть, заставляющая благодарить небо за существование Каминной сети.
Гарри досиживал здесь последние дни.
Кабинет для Департамента связей с немагическим обществом, наконец, отремонтировали, в пятницу в окне уже установили пейзаж, и визионер Бен Пратт, только что выполнивший несложную работу (холм, деревья, кусочек реки), неловко улыбался своему заказчику. Хорошо знакомому заказчику, надо заметить. Гарри тихо взял его за локоть и сказал:
– А теперь Секретный отдел, мистер Пратт. Пейзаж «горы и лесная поляна».
– Д-двойной?
– заикнулся визионер.
– С горами?
– Двойной, - кивнул Гарри.
– С горами. Начинайте сегодня.
Стук в дверь заставил его вздрогнуть. Поспешно схватив бутылку и запихав ее в тумбочку, Гарри крикнул:
– Да!
Вошедший Драко оглядел стол со стоящим на нем темным монитором, окинул Гарри быстрым испытующим взглядом.
– Как друзья?
– спросил он, усаживаясь в кресло.
Гарри неопределенно пожал плечами. Друзья - это друзья, всегда рядом, когда считают, что они тебе нужны.
– Они хоть что-нибудь полезное тебе посоветовали? Засунуть подальше свою депрессию и перестать пить, например?
– голос Драко был тихим, но насыщенным чувством до предела.
И чувство это было отнюдь не добротой.
– Они посоветовали сходить к Ремусу, - Гарри зашуршал пергаментными листами незаполненного отчета, демонстрируя свою занятость.
– Посоветовал бы я тебе кое-куда пойти… - Драко встал и резко подошел к окну, отчетливо выделяясь на фоне квадратного кусочка уличной темноты, - да не могу: ты мне нужен. Дементор знает, на хрена.
Гарри знал, что сейчас Драко пытается сделать. Психологию в аврорате тоже проходили…
Интересно, что бы сказал Драко, если бы узнал, что колдография с семьей Зика, висевшая на стене, лежит теперь в столе Поттера - вместо ячейки в хранилище для вещдоков?
Три человека.
Три разных лица.
Суровый мужчина, худощавая женщина и белоголовый ребенок - обыкновенный сорванец с исцарапанными коленками.
«dues conservat omnia» - почерком Бенджамина Мэдривера.
Бог не сохранил вас, да?
– Друга трудно изжить сразу. Это происходит постепенно. Я убиваю его во второй раз, - сказал Гарри и потянулся за бутылкой «Аква Минерале».
Вот бутылка, принадлежавшая Зику, лежала в хранилище для вещдоков, и на кровь в ней наложили консервирующие чары. Никто ни разу не попросил глотнуть «витаминизированный сок» - все помнили вкус домашних напитков Мэдриверов.