Господи, он ненавидел это.

Встряхнув головой, он направил метлу в небо и сорвался с места подобно пуле, стремясь к солнцу, за теплом, которого он теперь почти никогда не чувствовал.

* * *

Северус был благодарен за короткую передышку, которую дал ему сопляк, после нескольких слишком-близких-к-земле-чтобы-чувствовать-себя-комфортно поворотов и финтов. Теперь они застряли на средней высоте и средней скорости. Он никогда особо не беспокоился о путешествиях на метле. Это занимало слишком много времени, и приходилось постоянно терпеть такие вещи, как сопротивление ветру и погодные условия. Бах. Аппарация отвергает все это.

К тому же, до последней минуты ему не нравилось думать о себе, как о жалком увальне, сидящем на метле. Но Поттер действительно был довольно талантливым. И это при всем том, что жизнь приберегла для него. Но он не позволит сопляку скрыться с его глаз. Последнее, что ему сейчас было нужно, это чтобы Поттер внезапно решил вдребезги разбиться о землю, посчитав это самым простым способом избавиться ото всех трудностей. Он не думал, что мальчик был самоубийцей, но нельзя было не учитывать этой возможности. Так что он продолжал следить, как Поттер, словно сумасшедший, закладывает петли и виражи.

Когда Поттер внезапно направил мету почти вертикально вверх и ускорился, сердце Снейпа бешено забилось. Он направил в след свою более старую и менее мощную метлу. Он знал, что это было бессмысленно, но он не мог не попытаться.

Гарри склонился над своей метлой, почти лежа на ней, и Северус практически не видел его в отблесках солнца. Черт!

Он поднимался все выше и выше, и воздух постепенно становился холоднее. Внезапно Северус понял, что почти не чувствует рук и лица. Яркое солнце заставило его глаза слезиться и болеть, а лед покрыл щеки. Но он все еще продолжал лететь, не замедляясь, хотя уже давно не видел мальчика. Вверх, вверх и вверх… пока дыхание не сменилось болью в горле и легких, а зрение не затуманилось, сменившись чернотой.

— Гарри, — позвал он, зная, что не было никакой надежды, что мальчик услышит его.

Последнее, о чем он подумал, было: Ха, никогда бы не подумал, что это будет несчастный случай с метлой…

TBC . . .

(1) Ashwinder (Ашвиндер, пеплозмей — от ash — зола, пепел; winder — вьющееся растение, вьюн) — прочитать о нем можно здесь: http://altengland.ucoz.ru/publ/22-1-0-136

(2) Lovage — любисток — http://ru.wikipedia.org/wiki/Любисток

Последнее, о чем он подумал, было: Ха, никогда бы не подумал, что это будет несчастный случай с метлой…

Гарри давно закрыл глаза, подставив лицо восхитительным солнечным лучам, словно они были единственным светом в мире и ему наконец-то позволили их почувствовать. Как и тогда в Топшэме, он смог ощутить магическую энергию, следующую за ним и принадлежащую, несомненно, Снейпу. На мгновение его охватило удивление, что профессор все еще пытался лететь за ним.

Чем выше он поднимался, тем холоднее становился воздух, и он начала осознавать, что по настоящему никогда не достигнет солнца, не важно как быстро и как высоко он взлетит. Ничто не сможет помочь ему избавится от груза, тянущего его к земле. Да, Сириуса больше нет. Как и родителей и Седрика. А то немногое, что оставалось от его невинности, было отнято у него Волдемортом и Малфоем. Но, несмотря ни на что, он все еще был жив. И хотя он отчаянно желал почувствовать любовь, подобную любви Сириуса и его родителей, он знал, что ее просто не существовало, для него. Его предназначением было убить Волдеморта, чтобы другие люди могли быть счастливы и любимы.

Чтобы другие люди могли быть в безопасности.

Например, Снейп, спасавший его раз за разом.

В следующую секунду он осознал, что пульсация магии Снейпа, которую он до этого ощущал, пропала, словно туман, развеянный сильным ветром. Сердце Гарри пропустило удар, и он сразу же круто повернул налево, направив метлу вниз так резко, что его почти снесло с нее. Он разогнался до такой скорости, которую редко, если когда-либо вообще, достигал, пытаясь снова отыскать магию Снейпа.

Он мчался вниз сквозь облака, леденея от окружающей его влаги, но это чувство меркло перед осознанием того, что он мог быть повинен в смерти профессора. Вода застлала очки, и он протер их тыльной стороной руки, продолжая вглядываться в землю под собой. Но не мог ничего разглядеть.

Он абсолютно ничего не чувствовал.

Он был слеп в поместье, когда ощутил пульсации магии других, Малфоя и Волдеморта, например. Возможно, он не мог чувствовать, пока мог видеть… Гарри зажмурился и попытался снова. Есть! На краю сознания, довольно далеко от него, было свободно падающее тело профессора. Продолжая держать глаза закрытыми, он слегка повернул и направил метлу в нужном направлении, нацелившись в ту точку, которой достигнет Снейп к тому времени, как Гарри приблизится.