– Не бывает никакого междумирья! – взбунтовался Евлампий. – Между мирами ничего нет. Это все знают!

Я не видел дядю, но мне показалось, что он усмехнулся.

– Некоторые господа считают, что и магистрата нет, но поверьте слову потомственного архивариуса, это не так. Я не мог всю жизнь проработать в несуществующем месте.

Голос Мровкуба звучал издалека, но хорошо слышался многократно усиленный эхом.

Я чуть не схватился за голову, но вспомнил, что надо держать веревку. Мы находимся неизвестно где. Летим поглотитель знает куда. Может прямо на твердые, острые скалы. На которых разобьемся и моментально погибнем, а они спорят о том, что существует, а чего нет.

– Именно. – прокричал в ответ голем. – Магистрата не существует. Я не стал возражать вам, лишь из уважения к вашему возрасту и тяжелому положению в котором вы оказались.

– Образец такта! – поддел его Оливье.

– Да! Я горжусь своим культурным и интеллектуальным уровнем! – взъярился Евлампий. – В отличие от вас, у меня есть и то и другое!

Дядя лишь засмеялся в ответ.

– Что же, высококультурный интеллектуал! Если ты все на свете знаешь и мы вовсе не в междумирье. Тогда где мы? Как нам отсюда выбраться?

Голем молчал. Признаться, что не знает не только где мы находимся, но и как нам выбираться, выше его сил. Я изучил его повадки.

– Ну что ж. – подождав, проговорил дядя. – Поскольку, напыщенный болтун расписался в своей неосведомленности. Ой! Я хотел сказать невежестве. Ну да ладно, не буду говорить. Пожалею чувства бесчувственной каменюки. Слушаем меня!

– Я весь внимание! – раздался голос архивариуса, уже ближе.

– Мы в междумирье. Я бывал здесь, и моментально узнал это место. – значимо сказал Оливье и сделал длительную паузу, провоцируя возражения. – Здесь не действует магия. Не работают артефакты и зелья. Скажу больше, механизмы тоже не действуют. Здесь ничего нет! Почти никто не живет!

– Могу ли я полюбопытствовать, господа, почему такое многозначительное почти? – уточнил архивариус совсем рядом.

– Не можешь! У нас не много времени. Если ты не хочешь встретиться с многозначительным почти, лично!

– Я бы непременно…

– Нет, не хочешь! – закричал Оливье. – Потому что если я не хочу, никто не хочет!

– Я тоже не хочу. – согласился я.

От одной мысли, что во мраке и пустоте кто-то живет, становилось жутко и тоскливо.

– В некоторых местах, стенки миров сильно истончаются…– продолжил дядя.

– У миров нет стен! – простонал Евлампий.

Оливье выдержал паузу.

– Мне показалось, – мягко проговорил он, – кто-то, что-то сказал. Я наверно ослышался? Ну, тогда продолжим. Там, где стены тонкие, можно заглянуть в один из тридцати миров, не знаю в какой именно. Как повезет.

– Понадеемся на удачу! Да окропит нас источник магии! – поддакнул архивариус.

– Как нам искать эти тонкие места? – не понял я.

– В этом вся сложность! В прошлый раз, я пробыл в междумирье достаточно долго, чтобы научиться. К тому же, я бежал в одиночку. Не представляю, сможем ли мы сделать это вместе.

– Что именно? – уточнил я.

– Для начала, надо заснуть.

– Здесь? – ужаснулся я.

– Конечно, крысеныш! Заткни свои комментарии, если ничего умного сказать не можешь! Нужно начать засыпать и остаться в пограничном состоянии между сном и явью.

– Я никогда не сплю. – сообщил Евлампий.

– Техника правильного сновидения распространена в гильдии иллюзий, я имел честь посещать их занятия и немного умею контролировать погружение в сон. – сказал архивариус.

– Это упрощает нашу задачу. – обрадовался Оливье. – Крысеныш, обвяжись веревкой и ничего не делай. Учудишь что-нибудь, брошу здесь!

– Да, учитель. – заверил я, старательно затягивая петлю.

Проверив узел, я как следует дернул.

– А как же вы, учитель?

– Я пристегнулся карабином, крысеныш, и сказал тебе ничего не делать!

– Я и не делаю. – отозвался я.

– Молчи. Не выводы меня! Так, архивариус. Начнешь засыпать, все вокруг изменится. Ты не должен бояться или сопротивляться. Как говорят в мире летающих городов, ляг на облако и следи за радугой. Понимаешь?

– Да. Я должен держаться между сном и явью и ничему не удивляться, чтобы не происходило. Могу ли я узнать, что именно изменится?

– Все! – не выдержал Оливье. – Ты увидишь тридцать миров!

– Исследователи отрицают возможность сверхмагического пространства между мирами! – вскрикнул Евлампий.

– Глаза разуй или чем ты там видишь! Ты сейчас находишься между мирами в своем сверхмагическом пространстве. – гаркнул на него дядя.

– Прошу прощения, но я хотел бы узнать, что произойдет дальше, после того, как окружающая нас действительность изменится? – вмешался архивариус.

– Выбирай самый яркий мир и ползи к нему! – сказал Оливье.