– Никогда не видел ничего подобного! Корабль висит кверху дном в небесах и ведет бой с крылатыми созданиями. – вздохнул архивариус. – Как глуп я был, что потратил жизнь на хранение и классификацию древних знаний!

Несмотря на ухищрения черной шхуны, нападающие прибывали. Со стороны замка, к кораблю, нескончаемым потоком летели обезьяны.

Гремлин, управляющий кораблем, тоже понял, что сражение ему не выиграть. Черная шхуна, от кончиков мачт до ватерлинии, затряслась. Мелкая дрожь заволновала, наполняемые свежим ветром, паруса. Корабль закачался. Нападающие, чтобы избежать столкновения с мачтой, вынужденно отступили.

– Давай, давай! – крикнул дядя. – У тебя получится!

Один из бортов коснулся, невидимой снизу, воды. Шхуна преодолела преграду и перевернулась. Оставив для наблюдения свое дно.

– Поглотителя лысого они получат, а не мой корабль! – радостно провозгласил Оливье.

– Куда он поплывет? – спросил Евлампий.

– Куда надо. – огрызнулся дядя.

Некоторое время, с деланным равнодушием рассматривая нас, он спросил:

– Крысеныш, хочешь спастись или будешь до конца своих дней слушать этих самодовольных психов?

– Я бы попросил…– начал Евлампий.

– Хочу! – закричал я.

– Тогда подойди.

– Не соглашайся. – прошептал голем.

Я и сам понимал, что рассчитывать на дядино благородство не стоит. Однако, надежда на спасение перевешивала всю имевшуюся у меня осторожность. Даже если он задумал очередную подлость, лучше умереть быстро, чем мучиться от голода и бессонницы, как архивариус.

Я приблизился к стене за которой стоял Оливье.

– Ни чему тебя жизнь не учит! – гаркнул дядя и дал мне подзатыльник.

Я ожидал чего-то подобного, поэтому стойко перенес звон в ушах.

– Это задаток! – предупредил Оливье. – Остальное, сполна получишь позже. А сейчас, слушай сюда.

Я послушно склонился ближе к нему. Пришлось встать на цыпочки и навалиться на стену.

– Я всегда таскаю с собой бездонный кошель, мало ли, что понадобится.

– Магия здесь не работает! – встрял голем.

– Один раз, я тебя уже предупреждал. – строго сказал дядя. – Это второй. Третьего не будет!

Евлампий, насупившись, замолчал.

– Когда ты притащил на корабль кощея, я бросил его в кашель и так и не нашел времени переложить в хранилище.

– Вы предлагаете…– я не смог этого выговорить.

– Да. Это единственный путь к спасению. Испытаем на архивариусе?

– Никто не знает куда мы попадем? – испугался я.

– Во-первых, не мы, а архивариус. Во-вторых, мы привяжем к нему веревку, подождем часок другой и вытянем обратно. Разузнаем, как там в мире кощеев и тогда решим, идти туда или умирать здесь. – Оливье поднял палец, пресекая мою попытку вставить слово. – В-третьих, если мы не попробуем, то точно знаем куда попадем.

Он показал на дыру в полу.

Я кивнул и глядя на архивариуса спросил:

– Вы думаете он согласится?

Дядя вытаращился на меня единственным глазом, а голем печально вздохнул.

– Мастер Оливье не собирается спрашивать его согласия. – сказал он.

– Иногда, ты потрясаешь своей тупостью. – проговорил дядя, доставая веревку.

Она, видимо, тоже лежала в кошеле, на всякий случай.

– Держи, – проговорил он, – скажи, для его же безопасности, пусть обвяжется. Тогда не упадет, даже если исчезнет весь пол.

– Но…

– Иди.

– Но если…

– Крысеныш, сколько у тебя времени до начала трансформации?

Я опустил голову и, намотав веревку на руку, пошел к архивариусу.

– Извините. – невольно перенимая форму общения, проговорил я.– У нас нашлась веревка. Мы предлагаем вам…

Я запнулся. Не выходят у меня длинные, запутанные фразы. Не мое это. Не мое.

– Повеситься. – усмехнулся за моей спиной Оливье.

Как всегда, на помощь пришел Евлампий. Поддержкой, то что он делает назвать трудно, но иногда его болтовня бывает полезной.

– Господин бывший архивариус, поскольку вам, в любом случае умирать, мы предлагаем вам шанс на выживание!

Дядя за моей спиной выругался. Припомнив первого мага в чью тупую голову пришла мысль оживить камень.

– Я вас слушаю, господин Евлампий. – серьезно ответил Мровкуб.

– У мастера Оливье, по счастливой случайности, при себе кощей. Поскольку у нас нет другого выхода, а вы из всех нас в самой безнадежной ситуации, вам первому предоставляется честь быть проглоченным этим существом.