Роберт только кивнул, он не мог говорить.

— Ты бы мог вообще погибнуть. Ты что, не соображаешь — ты выскочил прямо перед грузовиком? Ты уверен, что у тебя все в порядке? Ты можешь стоять сам, без нашей поддержки?

— Да, — сказал Роберт, — мне кажется, что смогу.

— Ну, — сказал Берт, — попробуй.

Они отпустили его, и он попытался устоять. Он беспомощно смотрел на свои ноги, потом сделал несколько шагов, и боль пронзила его огнем, но он попытался скрыть ее.

Хедли Шарп стоял рядом с ним.

— Мне кажется, что тебе лучше пойти домой.

— Со мной все в порядке, честно!

— Сколько ты заработал в это утро?

— Не знаю…

Роберт пытался что-то сообразить.

— Я пришел сюда в семь или что-то около этого…

— Хорошо, теперь это неважно. Я дам тебе три шиллинга.

Шарп всунул ему в руку деньги и нажал на руку, чтобы Роб сжал ее в кулак.

— Теперь иди домой и больше не приходи. От вас, мальчишек, никакой пользы, одни только неприятности. Обязательно случится что-либо!

— Может, ему лучше пойти в дом и посидеть? — возмущенно спросила миссис Джеймс. — Вы только посмотрите на него! Он похож на смерть!

— Пусть сидит, если он хочет этого, — ответил ей Шарп.

Но Роберт больше не хотел оставаться здесь, раз ему не разрешают больше работать. Ему хотелось как можно быстрее уйти отсюда и скрыться ото всех глаз, тошнота и дикая боль одолевали его.

По дороге домой он вошел в лес и растянулся на траве. Он лежал очень тихо на опавшей мертвой листве, и кролик выбрался из своей норки и стал щипать траву прямо у его ног. Роберт видел, как кролик придерживал стебель лапками, и лучи солнца просвечивались сквозь его розовые уши, слышал хруст, когда крупные резцы кролика откусывали кусочки упругого стебля травы.

Пока он смотрел на кролика, он немного пришел в себя. Тошнота отступила, немного уменьшилась жуткая боль в позвоночнике. Когда кролик ускакал прочь, Роберт с трудом поднялся на ноги. До дома ему нужно было прошагать полмили, и когда он добрался, то уже почти пришел в себя. У него немного онемели конечности и болело в изгибе позвоночника. Матери не было дома, она была через дорогу у миссис Ренсом. Вернувшись в десять часов домой, она попросила его натаскать уголь, но, увидев, как он побледнел, когда принес тяжелое ведро с углем, Линн начала волноваться.

— Ты опять работал на ферме? — спросила Линн.

— Я упал, — сказал Роб и улыбнулся, пытаясь успокоить мать, — мне немного не по себе, но вообще-то все в порядке.

— Мне хотелось бы, чтобы ты больше не работал там. Мистер Шарп пользуется твоей молодостью!

— Нет, я там больше не буду работать.

— Вот как? Почему?

— У меня уже достаточно денег, чтобы купить себе коньки.

В тот же день Чарли сходил с ним в город, и они купили коньки. Роберт принес их в коробке домой, вынул и стал показывать матери: чудесные блестящие, как серебряные волшебные крылья, лезвия загибались вверх, и на каждом было слово «Меркурий».

— Так, — сказала Линн, — ты их наконец купил! Теперь, наверно, мы поживем спокойно!

Роберт сидел на стуле у огня. Он устал после похода в город. Он сидел и с удовольствием рассматривал коньки.

— Что значит слово — «Меркурий»?

— Так называется ртуть, — сказал Чарли. — И еще это имя римского бога. У него на пятках маленькие крылышки. И ты также станешь летать по льду на этих волшебных коньках. Ты будешь, как Бог с крыльями, и такой же быстрый, как ртуть.

Роберт с улыбкой глянул на Чарли. Ему уже хотелось опробовать коньки. Он встал и пошел на пруд. Там дрожали от ветра пожелтевшие ивы, и листья трепетали и падали в воду.

— Мне теперь нужен только лед, — сказал он.

Он вернулся домой и пошел к столу, чтобы уложить коньки в коричневую картонную коробку. Мать посмотрела на него и зажмурилась.

— Почему ты так странно ходишь? — спросила она.

— Ну, у меня немного онемели ноги. Как дед говорит, у меня бегают по ногам мурашки.

— Ты мне говорил, что упал…

— Да, так оно и есть.

Он старался не смотреть в глаза матери.

— Я утром упал во дворе мистера Шарпа, но тебе не стоит волноваться, — сказал Роберт.

Было тридцать первое октября. На следующее утро, когда Роберт играл с товарищами в футбол в школе, он упал на поле и не смог подняться. Его отвезли в больницу в Овербридже и сразу же туда вызвали Чарли и Линн. Падение на ферме повредило позвоночник. Обе ноги были парализованы. Возможно, он никогда больше вообще не сможет ходить.