— Да.

— Тогда что тебе понадобилось здесь?

— Детектив Брум велел мне работать здесь.

— Ах вот как? — Голдберг упер руки в бока.

— Он сказал, что эту свидетельницу никто не должен видеть.

Голдберг повернулся к Меган:

— Так, так. Уж не Джейни ли это из столовки? Что, очередной дружеский визит?

— Скорее нет, — сказала Меган.

— Прошу прощения? Так как же к вам прикажете обращаться?

— Я обязана назваться?

— Э… — несколько смутился Голдберг, — с юридической точки зрения, по-видимому, нет.

— В таком случае я предпочитаю сохранить инкогнито. Я здесь по доброй воле и по просьбе детектива Брума.

— Да ну? — Голдберг наклонился к Меган. — В таком случае позвольте сообщить, что я являюсь непосредственным начальником детектива Брума.

— Это ничего не меняет.

— Неужели, миссис Пирс?

Меган сжала губы. Итак, Голдбергу известно ее имя. Это явно не сулило ничего хорошего. Он подошел поближе к доске с портретом. Рик Мейсон попытался прикрыть его. Он напоминал сейчас пятиклассника, который боится, как бы его не поймали за списыванием. Голдберг отодвинул его в сторону и водрузил на нос очки. Увидев наброски, он вздрогнул, будто от удара тока.

— Это еще кто такие?

— Не знаю. Мне было просто сказано сделать словесный портрет.

— В связи с каким делом?

Рик Мейсон молча пожал плечами.

Голдберг повернулся к Меган:

— Где вы видели эту парочку?

— Я бы предпочла дождаться детектива Брума.

— Не пойдет. — Голдберг еще раз посмотрел на изображение.

— Как это?

— А так. Либо вы говорите мне, кто это такие. Либо — вон отсюда.

— Вы что, серьезно?

— Вполне.

Этот тип, Голдберг, был как гвоздь в заднице. «Наверное, лучше действительно убраться отсюда, — подумала Меган. — Надо пройтись пешком, может, заглянуть в закусочную и оттуда позвонить Бруму, посоветоваться». У него ведь должны быть основания укрывать ее, и, возможно, речь шла не просто об имени. Вполне вероятно, тут как-то замешан и этот Голдберг, похожий на настоящего носорога.

— Ладно, ухожу. — Меган отбросила в сторону стул.

— Давай-давай, и смотри, чтобы тебе задницу дверью не зашибло.

Голдберг отвернулся с недовольным видом. Его грубый тон удивил Меган. Казалось, он действительно хотел от нее избавиться. Наверное, какую-то игру с Брумом вел, но в любом случае все это ей не понравилось. Лучше и впрямь побыстрее уйти отсюда, а то еще наговорит что-нибудь этому типу, о чем сама впоследствии пожалеет.

Меган схватила сумочку и уже сделала шаг к двери, как она снова распахнулась.

На пороге стоял Брум. Она сразу увидела, что он рассержен, и странным образом злость была направлена не на Голдберга, которого Брум еще и не увидел, а на нее. Не успела Меган спросить, уж не случилось ли у него какого-нибудь прокола с Лорен, как Брум заметил Голдберга. Лицо у него сразу вытянулось.

Какое-то мгновение оба, не говоря ни слова и стиснув кулаки, не сводили друг с друга глаз, так что у Меган даже мелькнула мысль, что кто-то нанесет удар первым. Затем Брум отступил на шаг и пожал плечами:

— Сдаюсь.

Атмосфера несколько разрядилась.

— Какого черта, Брум, что здесь происходит? — требовательно спросил Голдберг.

— Эта женщина, имя которой раскрывать мы не будем, возможно, видела убийц Гарри Саттона.

— Ты хочешь сказать, она была на месте преступления? — У Голдберга едва челюсть не отвалилась.

— Она видела, как эти двое выходили из здания, когда она в него входила. И непонятно, что им могло там понадобиться в неурочный час. Разумеется, я не утверждаю, что это именно их рук дело, но проверить стоит.

Голдберг ненадолго задумался, затем искоса посмотрел на Мейсона:

— Словесный портрет готов?

— Почти.

— Заканчивай. А тебя, — он ткнул пальцем в Брума, — через пять минут жду у себя в кабинете. Сначала мне надо кое-кому позвонить.

— Ладно.

Едва он вышел, как на лице Брума снова отразилось раздражение. Он пристально посмотрел на Меган.

— Что-нибудь не так? — спросила она.

Все еще не сводя с нее взгляда, Брум бросил через плечо Мейсону:

— Можешь нас оставить на пять минут вдвоем?

— Ну да, конечно.

Рик направился к двери, но Брум, все еще сверля глазами Меган, вскинул руку. Рик остановился.

— Слушай, вообще-то у меня к тебе просьба.

— Да?

— У нас ведь есть портрет Стюарта Грина с поправкой на возраст?

— Есть.

— Пририсуй к нему выбритую голову, козлиную бородку и серьги в ушах. Сделаешь?

— Естественно. Когда тебе это нужно?

Брум просто нахмурился.

— Ясно. Вчера, — усмехнулся Мейсон.

— Спасибо.

Дождавшись, когда Рик Мейсон выйдет, Меган сразу перешла в наступление: