– Я слышала вашу ссору. При такой дружбе нам не справиться не только с боспорцами, но и со вшивыми дандариями-рыбаками.

– Причем тут рыбаки?
– спросила Атосса.- Они же с нами.

– Мужики никогда не были с нами! И вы, амазонки, знаете это лучше меня.

– Что же делать?
– спросила Беата.

– Нам нужен ум Аргоса!

– Но его нет. Он тоже мужик и тоже не с нами.

– Я пойду в город и пошлю лодку на его поиски. Он где-то в море.

Он нам скажет, что делать. Ждите меня - я скоро...

Тира возвратилась только утром. И не одна. С нею вошли в корчму Аргос, Перисад и Мелета (ее вел под руку Перисад). За ними вошел хозяин корчмы, он внес кратер с вином, поставил на стол и вышел. Тира сама разлила вино в ойнохои [25]и сказала:

– Вот вам архистратег Аргос - умная голова. Что он скажет, то и будет.

– Пусть он сначала скажет, почему удрал из города и оставил нас в храме одних?
– спросила Агнесса.- Струсил?

– Молчи. Мне здесь мешали думать.

– Не обращай внимания, дорогой,- заметила Тира.- Говори.

– Я бы не решился вам помочь,- Аргос выплеснул кружку вина в рот, понюхал корку хлеба,- если бы не моя внучка Мелета. У нее у одной светлая голова. А вы, бабы, воевать не умеете.

– Не скажи, Аргос,- возразила Тира.- Амазонки всю жизнь в войне.

– Всю жизнь в грабежах, ты хотела сказать. А это не одно и то же. Скажи, царица, для чего ты развязала войну?

– Чтобы завоевать Боспорское царство.

– Тебе что - Синдики мало?

– Мне достаточно. Но у меня народ - синды, меоты, дандарии. Они стонут под властью Спартокидов, им нужны свои цари...

– Вот тут, как раз, и зарыта собака! Люди плевать хотят на царей, им нужна воля. Они знают - прогонишь ты Спартокидов - пуще их зажмешь народ. Недаром же они разбежались по домам.

– Без царей нельзя, дорогой Аргос.

– Не будем спорить. Мелета хорошо сказала: «Народу надо помочь». Посему слушайте, что я надумал в прошлые бессонные ночи. Где твой флот, Перисад?

– Это не его флот, а мой!
– крикнула Агнесса.

– Хо-хо, телица! Ну если он твой, то скажи, где он?

– В море, я думаю, где ж еще?

– Хо-хо! А я думал - в горах. Говори, Перисад.

– Триеры в Фанагорийской бухте.

– Надо сделать так: корабля три отвести в Кепы, на весла посадить рыбаков Борака. Управлять ими будет хозяйка флота. Под прикрытием косы, Агнесса, выведешь триеры в пролив и ударишь на Мирмекей. Нужно взять город, высадить там людей и ждать приказа царицы Тиргатао. Пять кораблей подготовить в Фанагории. Все они будут под рукой Перисада. На них погрузить амазонок Лоты для основного удара по Пантикапею.

– Но я своих наездниц привела сюда!

– Уведешь обратно. Здесь останется Атосса с женщинами Беаты. А сама Беата на трех триерах пойдет из Гермонассы в Илуратскую бухту. Два корабля выйдут из Корокондамы на Нимфей - там совсем близко. Царица Тира на пяти триерах будет стоять в запасе около Тиритаки и следить за ходом сражения.

– А ты Аргос?

– Я на своей фелюге буду около тебя, царица.

– А про Годейру мы забыли.

– Не забыли. Царица свяжет руки боспорцам со стороны вала. Сколько времени нам надо для подготовки?

– Я думаю, недели нам хватит,- сказала Тиргатао.

– Спешка нужна при ловле блох, царица,- сказал Аргос.- Месяц - самое малое. Все простые люди Синдики в разброде. Их надо собрать. Все города заняты, хоть и малочисленными, но сильными гарнизонами богачей. Их надо подавить. Годейру надо посвятить в наши планы. Самая лучшая сила - амазонки. Они в разных местах. А ты говоришь - неделю. Завтра утром все мы, кроме Атоссы, должны быть в центре Синдики.

– То есть в Фанагоре?
– заметила Лота.

– Да.

– Я не смогу, мои девы измучены непрерывными бросками взад-вперед. Мы только что из Фанагоры. Пощади меня, отец.

– Подожди, Лота. Тут, что-то хочет сказать Атосса. Говори, Священная.

– Ты, Аргос, много о себе думаешь. И совсем не думаешь о храме и о святом Кумире Девы, снова оставляешь город и храм оголенными.

– Это не так, дорогая. Триста подданных Беаты...

– Они тотчас убегут за своей полемархой. Им некому приказывать.

– А ты?

– Я никто, а храм без Священной. Мелета ранена, Агнесса