— Как ты себя чувствуешь сегодня?

Марика задумалась. Если он спрашивает про сегодня, то, вероятно, приходил и вчера? А как она себя чувствовала вчера? Память оставалась мутной, как поверхность Лао; неизменным оставалось лишь ощущение болезни — сковавшего тело неизвестного недуга.

— А как я себя чувствовала вчера? — Посетитель смотрел на нее ровно, как из-под маски. Не человек, а бледная статуя. Почему-то она совсем не порадовалась его визиту. — Ты приходил вчера?

— Я прихожу каждый день, — тихо, и будто оправдываясь, ответил мужчина. — С тех пор как ты…

— А почему не пришел Майкл?

— Кто?

— Майкл. Пусть он придет, скажи ему.

— Кто такой Майкл?

На этот раз тишина сделалась душной, как вата.

— Марика, ты бредишь? Вчера этого не было. Не было таких вопросов.

Она улыбнулась. Почти весело.

— А сегодня есть. Ты ему передай, ладно? Я жду его. Очень. Тогда все наладится.

Сгорбившийся, одетый в мятый белый халат Ричард смотрел на Марику укоризненно.

Она отвернулась и устремила взгляд за окно, на серое, без туч, ровное, серое, прогорклое, как размазанная по ватману сажа, небо.

Проснувшись, она долго слушала, как посапывает снаружи Арви, как стучат капли, и сверлила взглядом темный полог. Спустя несколько минут поняла: не уснет. Зашебуршала, выбралась из-под одеяла, расстегнула замок палатки — внутрь потянуло сыростью. Проснулся Арви.

Марика сунула ноги в кроссовки, долго возилась со шнурками, потом задом выползла из палатки и закрыла замок. Успокоила сервала — тот вновь улегся на каменистый пол, — подошла к выходу из пещеры и какое-то время стояла, глядя на отсыревший под ночным ливнем лес, на темное, беззвездное небо, на гладкие, влажные спины камней у входа.

Кошмар. Ей вновь снился кошмар — со всяким случается. Полетает вокруг, покружит в воздухе, а затем рассеется, отлипнет, а вместе с ним уйдут и противные ощущения.

Она здорова. Полностью здорова. А если не так, то вернется и проверится, чтобы не волноваться впустую. И вообще, совсем скоро волноваться не придется — ведь она собирается попросить у пилона здоровья.

Влажный прохладный воздух бодрил голову и тело; сон медленно таял.

Марика уже было хотела вернуться в палатку — зарыться в теплое одеяло и закрыть глаза, — когда услышала позади голос:

— Не спится?

Она резко обернулась, застыла и напряглась.

У дальней стены пещеры стоял, опираясь на посох, старичок в светлом одеянии. Длинноволосый, седой, почти белый и… светящийся. В подвязанном поясом балахоне до пола.

«Призрак, — подумалось ей со страхом, — это же призрак».

Она молчала, молчал и старичок. Смотрел на нее задумчиво, но не враждебно, а, скорее, доброжелательно.

— Не спится, правда? — повторил он чуть шелестящим, слышным будто издалека голосом. — Вам снятся кошмары.

— Да, — зачем-то подтвердила Марика и замолчала, будто глотнула воды.

Откуда тут старик?

— Я понял, — тем временем продолжил призрак, — я знаю, чувствую.

— Чувствуете что?

— Что беспокоит людей. Вот вы, — одна из его рук оторвалась от посоха — длинной кривоватой палки — и указала на нее пальцем, — вы сумели избавиться почти от всех страхов, но не от одного. Правильно?

— Какого? — спросила, будто тестируя, знает ли дед правильный ответ, сможет ли ответить на вытянутый с парты профессора билет.

— Болезни, — спокойно ответил тот без запинки. — Вы боитесь болеть.

— Все боятся болеть.

— Нет. Не все.

Белые длинные локоны колыхнулись, когда старичок покачал головой.

Они вновь замолчали. Странно, но Арви не проснулся — не почувствовал неладного; это успокаивало. Ведь в случае опасности дикий кот оправдал бы свое «звание», а тут сопит, будто беда не ходит рядом.

— Давно у меня не было гостей, очень давно…

Дед продолжал ее рассматривать из-под кустистых бровей; Марика чувствовала себя неуютно. Что это — очередное испытание, которого не было на карте? Но ведь тридцать баллов набрано, испытаний больше нет, путь почти завершился. Ловушка? Опять же, зачем? Ведь Майкл говорил, что с этого момента только бонусы…

Призрак с посохом на это слово тянул едва ли.

— …а вы гостья. Что ж, я рад. Позвольте представиться, Хранитель Зеркального Грота.

Чертов кот. Не мог привести в другую, менее значимую пещеру?

— Марика, — нехотя представилась Марика, чтобы хоть что-то ответить.

Как теперь спать? Как ей теперь спать с призраком под боком?

Старичок все еще о чем-то думал и с места не двигался.

— Я могу вам помочь, Марика.

— Помочь чем?

Она чувствовала себя настороженной мышью, у которой под носом возили ароматным сыром — где же скрываются пружины мышеловки?