Молчаливая Энни кивнула:

– У нас осталось штук сорок.

– Все в этой зерносушилке?

– Да.

– А где остальные? Я видел один у Джонатана Стерна на Порт-Этранже, но никто не знает, куда подевались остальные.

– Мы их продали. Хотите знать кому?

– Почему нет? – Каин пожал плечами.

– Следуйте за мной.

Молчаливая Энни прошла в маленькую клетушку, служившую кабинетом. Всю обстановку составляли маленький деревянный стол, на котором стояли два видеофона и компьютер, да вращающееся кресло. Стену украшал старый календарь, покрытый пылью. Впрочем, пыль покрывала все, за исключением компьютера и одного видеофона.

Молчаливая Энни включила компьютер, подождала, пока его блокировочная система идентифицирует ее ретинограмму и отпечаток большого пальца правой руки, затем приказала вывести на экран подробности операций с золотом с Эпсилон Эридани.

– Я вижу, треть получил отец Уильям, – отметил Каин.

– Отец Уильям – один из основных каналов, по которым Сантьяго кормит голодных и излечивает больных. Но основную часть золота мы продали на черном рынке Кабалка Пять.

– Кабалка Пять? Она же населена инопланетянами, не так ли?

– Инопланетянам потребовалось не так уж много времени, чтобы понять, для чего людям нужно золото.

– А что стало с деньгами, вырученными за золото?

На экране появились новые данные.

– Все пошло больницам?

– Не все. Часть мы использовали для подготовки рейда на Пико Два.

– А чего вас потянуло на Пико Два? Маленькая планетка на краю галактики, в звездном скоплении Квинелла.

– Несколько наших друзей сидели в тамошней тюрьме.

– И вы их освободили?

Она покачала головой:

– Такое оказалось не под силу даже нам.

– А что вам удалось?

– Разнести тюрьму в клочья.

– Вместе с вашими друзьями?

– Чтобы найти Сантьяго, Демократия не остановилась бы ни перед чем. В их верности мы не сомневались, но они бы заговорили. Если б их не сломили пытки, психотропные препараты сделали бы свое дело.

– Достойная награда за верность, – сухо прокомментировал Каин.

– Сантьяго не Бог и не святой, – ответила Энни. – Он всего лишь человек и борется против самой мощной политической и военной машины галактики. Уходя на задание, наши люди знают, что их может ждать.

Каин промолчал.

– Секретность – наше единственное оружие, – продолжила Энни. – И мы должны обеспечивать ее любой ценой. Разве иначе ему бы удалось столько лет хранить в тайне свой облик и местопребывание? Мы возвращаемся с победой или умираем… но мы не можем позволить себе попасть в плен.

– А как ваши люди попали на Пико Два?

– Их застали врасплох, схватили до того, как они успели покончить с собой. – Молчаливая Энни посмотрела Каину в глаза. – Вы разочарованы, мистер Каин? Я-то думала, вам хорошо известно, что революция – не игра для джентльменов и играют в нее не по джентльменским правилам.

– Это справедливо, – признал он после короткого раздумья. – Но убивать своих… Такое мне не нравится.

– Заверяю вас, ему тоже. Работа у нас грязная. Нет ничего романтичного в борьбе со всесильным монстром. Тем более что надежды на победу нет.

– Если он знает, что ему не победить, почему сражается?

– Чтобы избежать поражения.

– Звучит высокопарно, но я все равно не вижу в его деяниях особого смысла.

– Я уверена, что он с удовольствием вам все объяснит.

– Когда?

– Скоро. – Молчаливая Энни выключила компьютер, направилась к выходу. – Пойдемте, мистер Каин.

Вскоре они снова ехали сквозь душную ночь по однополосному проселку.

– Вы родились на Тихой гавани? – спросил Каин несколько минут спустя.

– Нет.

– Давно вы здесь?

– Тихая гавань стала его штаб-квартирой пятнадцать лет тому назад. Но половину своего времени он проводит вне планеты.

– А я мог его видеть? – полюбопытствовал Каин.

– Трудно сказать. Возможно. – Молчаливая Энни улыбнулась. – Вот Орфей его видел, хотя и не знает об этом.

– Этот грёбаный сказитель много чего не знает.

– Вы совсем разочаровались в жизни, мистер Каин. Наверное, потому, что на вашу долю выпало много разочарований.

– Моя доля не больше, чем у других. – Он сухо улыбнулся. – С другой стороны, счет победам невелик.

– Не скромничайте. Вы же знаменитый охотник за головами.

– Вы насмотрелись видеофильмов. Я не вызываю злодеев на поединок под полуденным солнцем. Нет ничего героического в выслеживании человека, который тебя никогда не видел, чтобы разнести его в клочья прежде чем, как он поймет, что ты задумал.