– Вы его видели. Если я хочу получить картины, мне придется приглядывать за ним, пока он будет их рисовать.

– Дело твое, – пожал плечами Каин. – Я не собираюсь болтаться в этом хлеву, пока ты будешь пополнять свою коллекцию.

– Вы отправляйтесь на Тихую гавань. Я зафрахтую корабль и прилечу следом.

– Если я выйду из отеля один, наше партнерство закончится.

– Оно закончится, если вы пристрелите Сантьяго до того, как я к вам присоединюсь, – возразил Бродяга. – Если я окажусь рядом с вами раньше, оно останется в силе.

– Ты получишь только половину оговоренного.

– То, что мне нужно, вам ни к чему.

– Разберусь сам.

На лице Бродяги отразилась тревога.

– Тихая гавань – лишь остановка на пути к конечной цели. Я могу вам понадобиться.

– Скорее я понадоблюсь тебе. – Каин нахмурился. – Кстати, а сколько стоят его картины?

– Признаю, не так много, как Сантьяго, – ответил Бродяга. – Но Йорик под рукой, а Сантьяго еще искать и искать. Я успею присоединиться к вам.

– Ты получишь половину.

Бродяга вздохнул:

– Половину. Если вы покинете Тихую гавань до того, как я появлюсь там, оставьте записку, где вас искать.

– Оставить где?

– Если не найдете никого, кому можно доверять, пусть Шусслер отправит сообщение на Золотой початок.

Каин повернулся к Йорику:

– Как только я уйду, все, что произойдет между вами, меня касаться не будет. Но должен тебя предупредить, что оставлять три тысячи кредиток в комнате, где находится Бродяга, все равно что оставить кусок мяса в клетке с голодным хищником.

– Я отметаю эти инсинуации. – Судя по веселому голосу, Бродяга не чувствовал себя оскорбленным.

– Отметай все, что хочешь, но не вздумай отрицать, иначе Бог покарает тебя. – Он подошел к комоду. – Может, пока он не уйдет, оставить деньги на хранение у портье?

Йорик усмехнулся:

– По сравнению с портье Бродяга – ангел небесный.

– Есть у тебя друзья, которым можно доверить твои деньги?

Йорик покачал головой.

– Понятно. Тогда я положу их на депозитный банковский счет и скажу, чтобы выдали деньги только тебе. У них наверняка есть запись твоего голоса.

– Отличная идея. Только оставь тысячу кредиток в комоде. Мне не хочется бежать в космопорт, как только у меня иссякнет запас семян.

– Он их возьмет, – предупредил Каин.

– Тысячу кредиток? Она ему не нужна.

– Это не важно.

– Деньги мои. Оставь тысячу кредиток.

Каин выдвинул ящик, достал четыре банкноты по пятьсот кредиток.

– Я скажу им, чтобы деньги выдали, лишь когда ты придешь за ними один.

– Благодарю, Птичка Певчая.

– А вы не хотите пересчитать фальшивые драгоценности? – ехидно спросил Бродяга.

– Нет. Но перед отлетом я попрошу Шусслера провести инвентаризацию коллекции Альтаир-с-Альтаира.

Едва Каин вышел из номера, Бродяга подскочил к комоду, достал семечко, принес Йорику:

– Возьми. Не начинай жевать, пока мы не поговорили.

Йорик вынул изо рта первое семечко, уже светло-желтое, аккуратно положил его на подоконник, начал сосать второе. Выглянув в окно, Бродяга увидел шагающего к авто Каина.

– О каких картинах ты хотел поговорить, Бродяга? – спросил Йорик, наслаждаясь наркотиком.

– Ни о каких.

– Так о чем же пойдет речь?

– Трехглазый Билли мертв. Миротворец Макдугал прикончил его четыре месяца тому назад.

– Бедный Билли. – Йорик улыбнулся. – Мне так нравилась эта отметина на лбу. – Он посмотрел на Бродягу. – Может, тебе догнать Птичку Певчую?

Бродяга покачал головой:

– Я подожду, пока он улетит с Рузвельта, а потом уйду.

– Да уж, верность – не тот грех, в котором можно тебя обвинить.

– Между прочим, я намеревался сопровождать его до дома Сантьяго. Но героем ему не стать.

– Каким героем?

– Который убьет Сантьяго.

– Я знаю. – Улыбка Йорика расползлась от уха до уха. – Поэтому и сказал ему правду.

– Какую правду?

– Насчет Тихой гавани. Его следующей остановки.

– Повторяю, Трехглазый Билли мертв. А теперь, – Бродяга достал из кармана пачку денег, выразительно потряс ими перед носом Йорика, – скажи, где будет моя следующая остановка?

– Кто знает? – пожал плечами Йорик. – Куда ты направляешься?

– Куда мне направиться, чтобы найти Сантьяго?