Доровских закрыла лицо руками и рыдала вовсю, давая выход слезами накопив-шемуся страху.

– Ничего не надо делать, Светлана, ничего. Твоих обидчиков нет в живых - они все убиты. Так что живи спокойно. А правду рассказать придется, настоящую правду. Ни-кто тебя не посадит, ты действовала под давлением. А вот оправдать Устинова и изви-ниться перед ним - тебе придется. Хочется тебе или нет, но придется.

Разумный, откровенно говоря, порадовался за Устинова, за его правду. "А что бы сделал ты?
– Подначивала мысль.
– Я? Я бы убил... всех троих".

Он рассказал руководителю опергруппы Нестеровичу об Устинове. Рассказал, но не все. Рассказал лишь то, что у Устинова на время убийства алиби. Соседка видела. Про его невиновность промолчал пока - это такой повод, который никакое алиби оперов не удержит. Накопают, нароют, заставят... И преступление будет раскрыто. Раскрыто ли, если сидел невиновный?

Полковник Нестерович вызвал к себе своего лучшего опера.

– Вот что, Сергей, был у меня сейчас Разумный, участковый. Поведал, что у Усти-нова алиби. Соседка Протопопова видела его в те вечера. Не верится мне в алиби что-то. Нет, я не утверждаю, что участковый лжет. Но он не опер, мог что-то упустить. Ты разуз-най, расспроси все сам. Хорошо?

– Есть, товарищ полковник, выясню все сам.

Через два часа он уже докладывал своему руководителю:

– Протопопова алиби подтверждает, товарищ полковник. Кое-что она от участко-вого утаила. Спит она с Устиновым и утверждает, что во время убийств он был с ней, ни-куда не отлучался. Не верится мне в это алиби что-то, товарищ полковник, думаю, покры-вает она преступника.

– Вот и мне не верится, Сергей. Только Устинов проходил по делам Старовойтова и Горюнова. Другие то у одного были, то у другого. Короче, другого у нас нет. Берите этого Устинова и допрашивайте, расколите по полной программе.

– Есть, товарищ полковник, сделаем.

Татьяна вышла покурить во двор. Они не курили дома с Владимиром, спать так было лучше. Воздух чище. Она прикурила и глубоко затянулась дымом. Вдруг ее глаза округлились - к дому подъезжали полицейские.

– Вовочка, беги, через окно беги, огородами. Менты за тобой... беги Вовочка, бе-ги, - кричала она запыхавшись, вбегая в дом.
– Ночью ко мне придешь через дворы. В мой дом. Беги, Вовочка, беги.

Устинов выскочил через окно, побежал к центру города - там легче затеряться. Но двое оперов не отставали, дыхалка была лучше и они настигли его через полчаса.

– Ах, ты сволочь поганая, бежать вздумал...

Они вывернули ему руку и били в живот, били с остервенением, не стесняясь прохожих.

Внезапно ситуация изменилась. Их самих задержали, надев наручники. Все про-изошло настолько ошеломляюще быстро, что опера все еще пытались стукнуть Устинова, и какое-то мгновение не понимали, почему не могут ударить.

– Кто вы, господа, почему двое на одного?
– спросил, не выходя из подъехавшей машины, солидный мужчина.

Наконец-то оперативники опомнились, поняли, что в гражданке и их самих за-держали.

– Мы из уголовного розыска, дядя. Удостоверение в кармане. Давай, отстегивай.

– А это кто, чего же вы его так избивали нещадно?
– Спросил солидный мужчина.

– Это убийца, дядя, давай, снимай наручники. Быстро снимай, проблем захотел что ли? Из какого ты РОВД?

– Проблем?
– Удивился солидный мужчина.
– У меня нет проблем. А ты что ска-жешь?
– обратился он к другому, которого опера избивали.

– Я, я,..
– он закашлялся, - я в третий раз в тюрьму не пойду. Третий раз ни за что... невиновного... это уже слишком, - он заплакал.

– Вот даже как?
– откровенно удивился солидный мужчина.
– Хорошо, разберем-ся. Везите их всех ко мне, - солидный мужчина закрыл окно автомобиля.

– Куда это ко мне? Вы хоть знаете, кто мы такие? Уголовный розыск. Это нападе-ние на сотрудников при исполнении. Удостоверение в кармане. Да мы вас закопаем, сво-лочи.

Опера задергались, но их усадили в машину. Третий сел сам. Ему было все равно куда - лишь бы не к ментам. Всем троим завязали глаза и машина тронулась.

Через час глаза развязали. Опера оказались в комнате. Напротив сидел тот же со-лидный мужчина, рядом стоял генерал.

– Я Фролов Иван Сергеевич, - заговорил генерал, - федеральная служба безопас-ности.

Опера вскочили.

– Извините, товарищ генерал, мы подумали, что нас бандиты взяли, вот этот точно бандит, - они указали на солидного мужчину.
– Прикажите нас освободить и отдайте задержанного, он подозревается в убийстве наших сотрудников. Два раза уже сидел, причем последний - за убийство полицейского.