– Да, ты права.

И он поверил ей тогда. Так уж были устроены их отношения: она была главной в постели и в жизни. А он только соглашался, как маленький ребенок.

И вот теперь, почти год спустя, они стояли на площади перед большим домом семейства Монтелупо. Амедия устало улыбнулась и снова отняла у него сигарету.

– Я слышала, у тебя отец умер? Мне очень жаль. А мама как?

– Не очень. Говорит, что жить больше незачем.

Амедия кивнула:

– Остаться вдовой, наверное, очень трудно. Я все думала, не заехать ли в твой pensione. Как он, кстати?

– Хорошо. Я строю пляж. Хотел еще теннисный корт сделать, но, кажется, места не хватит. У меня там… у меня американка живет… Актриса.

– В кино снимается?

– Да, в «Клеопатре».

– Не Лиз Тейлор случайно?

– Нет, другая.

– Красивая? – Таким тоном она обычно наставляла его, как надо обращаться с девушками.

Паскаль сделал вид, будто он об этом до сих пор даже не задумывался.

– Да нет, не очень.

Девушка выставила вперед руки, словно удерживая две тяжелые дыни.

– Но грудь-то большая? Как воздушные шары? Как тыквы? Или аэростаты?

– Амедия! – просто сказал он.

Она засмеялась:

– Я всегда знала, что девушки будут тебя любить.

Она что, издевается? Амедия протянула ему сигарету, но он махнул и достал себе новую из пачки. Они молча курили, пока от сигареты Амедии не остался один пепел. Мне пора домой, сказала ему Амедия. Паскаль ответил, что ему тоже надо на поезд.

– Удачи тебе с твоей актрисой! – Амедия вроде бы очень искренне улыбнулась.

Она пошла к дому, обернувшись только раз, и исчезла за дверью.

У Паскаля защипало в горле. Ему хотелось крикнуть ей, остановить, но он промолчал, потому что не находил правильных слов.

1846

Траки, штат Калифорния

Итак, живет на свете один парень, Вильям Эдди. Повозки делает. Беден как церковная крыса, образования никакого. Честный, открытый, любит свою семью. У него жена и двое маленьких детей. Ему предлагают поехать в Калифорнию попытать счастья, и он с радостью соглашается. На дворе 1846 год. В то время все стремились на запад.

И вот Эдди просится в караван, который пойдет из Миссури в Калифорнию. Они с женой собирают пожитки.

Камера скользит мимо длинной вереницы фургонов, нагруженных добром. По бокам от каравана гонят скот, вокруг носятся детишки и собаки. На головном фургоне надпись: «Калифорния или смерть», сзади еще одна: «Экспедиция Доннера».

Караванам всегда давали названия по фамилии самого богатого из пионеров, того, кто внес больше всех средств на снаряжение похода. А Эдди всего лишь скромный первопроходец, охотник и добытчик. В первый же вечер у костра собираются члены богатых семей. Они обсуждают план похода. Вперед выходит Эдди. Он говорит, что его беспокоит маршрут, да и поздновато они выступили. На него машут руками, и он возвращается в свой убогий фургон в самом хвосте каравана.

Первая часть – это постоянное действие. Несчастья валятся одно за другим. Погода ужасная, колеса у фургонов постоянно ломаются. Среди пионеров есть немецкий эмигрант, Кесеберг, который уговорил пожилую чету ехать в его фургоне, а по дороге ограбил и выкинул вон. Старики вынуждены идти пешком. Эдди берет их к себе.

Караван прибывает в Юту на месяц позже, чем планировалось. Люди измотаны. Ночью к лагерю подкрадываются индейцы и уводят часть скота. Эдди – отличный охотник, лучший в этом походе, и потому на него возлагают обязанность добывать пропитание. Но удача отвернулась от экспедиции. Погода становится все хуже. Они пересекают соляную пустыню. Теперь уже всем ясно, что маршрут выбран неудачно. Мы видим, как падает истощенный скот, как фургоны растянулись на целую милю, как усталые люди и лошади бредут по сухой растрескавшейся земле, ничего не замечая вокруг. Начинаются распри, и только Эдди по-прежнему спокоен и добродушен. Он изо всех сил помогает другим семьям, старается облегчить их страдания.

Экспедиция добирается до Невады лишь в октябре. Никто еще не пытался перевалить через горы так поздно. Снег обычно выпадает в середине ноября, время пройти через Сьерра-Неваду еще есть. Осталось найти тропу у горы Васач – и они в Калифорнии. Но надо спешить. Караван двигается без остановок день и ночь в надежде успеть до первого снега.

Теперь мы летим сквозь облака. Но не белые пушистые облачка, которыми каждый рад полюбоваться. Нет, это свинцовые тучи, несущие горе и смерть. Жуткие, как акула из фильма «Челюсти». Камера следует за одной из снежинок. Мы смотрим, как она падает, как рядом с ней кружатся другие. Большие, тяжелые хлопья. Снегопад. Та самая, первая снежинка падает на руку Эдди. Наш герой грязен и небрит. Он знает, что его ждет. Эдди смотрит в небо.

Они опоздали. Снег выпал на месяц раньше срока. Экспедиция Доннера уже забралась далеко в горы. Начинается пурга. Идти почти невозможно, видимость нулевая. Наконец караван спускается в ущелье. Вот он, перед ними, тот самый проход, узкая тропа меж нависающих скал. Так близко! Но лошади вязнут в снегу по грудь. Фургоны переворачиваются. С той стороны перевала – Калифорния. Тепло. Безопасность. Но они опоздали. Зимой через эти горы пройти нельзя. Экспедиция застряла в ущелье между двух хребтов. Ни вперед, ни назад дороги нет. Ловушка захлопнулась.