– Аргх, в такое время…?
– сонно пробормотала она.
– Алло?

Я приподнялась в кровати от звука её сладкого, сонного, английского голоса ,и спросила:

– Ты можешь говорить?

– О-о, слава Богу, с тобой все в порядке, Анна. Мне до смерти хотелось услышать тебя. Да, говори, здесь безопасно, милая. Я очень хочу опять лечь спать, но уже пора вытаскивать свой зад из кровати. Сколько сейчас у вас времени?

Было так приятно услышать ее голос.

– У нас ещё очень рано. Девченки, вы в порядке?

– Конечно, конечно. Астероф, конечно, надрал нам задницы, но я больше беспокоилась о тебе.

Вкратце я рассказала ей о событиях последних шести месяцев, и затем, после короткого вдоха, сказала:

– Послушай… я ищу Кая.

Тишина….

– У тебя какие-то неприятности, Анна?

– Ну, нет. Я имею в виду, пока нет. Мне просто очень нужно с ним поговорить.

Марна вздохнула:

– Мне очень жаль, Анна. Правда. Но он попросил меня не давать тебе его номер. Я могу передать наш разговор, если это очень важно. Я чувствую себя стервой по отношению к тебе, но я не могу.

– Прекрасно. Скажи ему, чтобы он позвонил мне, - я вцепилась в край простыни.

– Это невозможно, - предупредила она.

– Почему нет?
– я вскочила с кровати.
– Вы же все общаетесь друг с другом? Ты, Кай, Джинджер, Блэйк..

– Остановись сейчас же, Анна. Кай редко отвечает на мои звонки. Только Блэйк может говорить с ним. Я ненавижу отказывать тебе, но я действительно не хочу быть в центре всего этого. Что на тебя вообще нашло?

Я хотела ответить ей, но не могла. Нам нельзя было даже разговаривать по телефону, и мы обе это понимали.

– Мне нужно увидится с тобой, – прошептала я,

– Звучит заманчиво,– в ее голосе была слышна усмешка. Мне захотелось улыбнуться при мысли об Марне , такой независимой от слежки отца.

– Как работа? – спросила я.

– Мы заняты, дюжинами разбивая сердца, - мрачно ответила она.

– Уверена, что ваш отец гордится вами.

– О, это ужасно.

– Эй, у меня странный вопрос, – сказала я. – Что значит, если парень называет тебя ‘телочкой’?

Марна фыркнула.

– Звучит так, будто это сказал какой-то похотливый извращенец. Или кто-то не может удержать своего дружка.

Теперь настала моя очередь фыркать, потому что она обозвала Кая похотливым!

Мы притихли.

– Пожалуйста, – прошептала я, зная, как отчаянно это звучало. – Не можешь ли ты сказать мне хоть что-нибудь? Я видела его сегодня ночью и даже если он стал таким жестоким, я знаю, что ему не все равно. Я знаю это. Марна, пожалуйста…

– Ладно! – Ее ожесточенный шепот приостановил мою настойчивость. На том конце провода было так тихо, что я уже подумала, будто Марна положила трубку. – Хорошо. Я расскажу тебе часть того, что он сказал мне. На прошлой неделе Кай рассказал мне, что в студии постоянно ошивается девушка, которая пытается поговорить с ним. Но, по-видимому, он избегает её, потому что она такая симпатичная, милая блондинка, и зовут ее Анна. Она, очевидно, напоминает ему тебя.

Ее слова были как кол в сердце.

– Что еще он сказал? – тихо спросила я.

– Ничего. Я не смогла узнать больше от него, клянусь. Он и это рассказал мне лишь тогда, когда я поймала его на вечеринке под кайфом .

– Под кайфом?

Мое сердце забилось быстрее. Что он делал? Курил? Что-то нюхал? О, боже, почему у меня мурашки по коже? В последнее время, мой интерес к наркотикам возрос. Демоны думали ,что моей специальностью был алкоголь, и мне по большей части удавалось избегать встреч с наркотиками. Но, в последнее время, меня посещали мысли о том, чтобы попробовать. Никакой осторожности, ответственности или рассуждений. Одна лишь мысль о кайфе… с Кайденом… Я судорожно вдохнула. Марна выругалась себе под нос.

– Возьми себя в руки. Я не должна была тебе этого говорить, – она вздохнула. – И не то, чтобы он бывает под кайфом постоянно. Там была стая шептунов, кружащих вокруг него в ту ночь, поэтому, когда ему предложили ,он не смог отказаться.-

Я протрезвела при упоминании демона - шептуна рядом с Кайденом.

– Как ты думаешь, что с ним происходит? – спросила я. – Он не будет со мной разговаривать?

– Я думаю, ему для вашего пикника не хватит нескольких бутербродов. Я знаю,ты хочешь верить в то, что он испытывает такие же чувства к тебе, как и ты к ему, но что, если это не так? Я люблю его, он любит веселиться и забавляться. Я говорю тебе это для твоего же блага….

Я ненавидела ее за ее жалость ко мне.

– Отпусти его, дорогая. Его не переубедить, если он что-то решил. Он не вернётся.

Не вернется. Мне не хватало кислорода.

– Мне нужно идти, –сказала Марна. – Джинджер сейчас проснётся.

– Береги себя, Марна, – сказала я.

– Ты тоже, – шепотом ответила она.

Мне хотелось зарыдать, залить подушку слезами, но их не было. Вместо этого, я сползла на пол , стащив за собой подушку, чтобы заглушить свои всхлипы. Я знала еще в тот миг, когда Кай ушел, мне придется его отпустить, но сказанное Марной вызвало новый приступ боли. Я пыталась смирится с отсутствием человека, которого так хотела. Зная, что скоро наступит время , когда мне нужно будет сосредоточиться на событиях гораздо более важных,чем моя жизнь и тревоги. Так и получилось. При этом я не могла представить, что вместе с жизненной целью я получу страдания и потери.