Чарли рассмеялся:

— Никогда не думал, что когда-нибудь захочу, чтобы враги выиграли матч.

— Добро пожаловать в мой мир, сын. Добро пожаловать.

Роб отшвырнул газету на стол и вздохнул.

— Глаза б мои не видели… — произнес он вслух.

В этот момент дверь открылась, и вошла Джоан с последней из длинной череды кружек кофе, которым она поила Роба по его требованию.

— Спасибо, — сказала она.

— Я не о вас, — уточнил Роб и потряс газетой. — Вот об этом.

— Вообще-то я догадалась, — призналась Джо. — Все утро я только и слышу ругательства. Не понимаю, почему вы никак не успокоитесь. Вы же говорили с Гэри, и он сказал вам, что это чушь.

— Да, но он сказал бы так в любом случае, — хмуро возразил Роб.

Джоан печально покачала головой. Ее саму тянуло сейчас в три разные стороны, и она не могла сказать, какая из сторон побеждает.

Естественно, как фанатку «Сити», ее радовало, что статус клуба в лиге надежно закреплен. Еще Джоан ощущала определенное удовлетворение оттого, что человек, который доставил ей столько горьких минут в начале сезона, наконец-то несет заслуженное наказание. Однако при этом она глубоко сочувствовала своему шефу, видя, как Купер всю неделю подвергается обвинениям в организации договорных матчей и прочих грязных делишках, хотя он как раз наконец-то стал действовать порядочно.

Инсинуации в сегодняшних газетах были особенно болезненными, так как намекали на то, что ведущей силой в предполагаемом сговоре относительно последних игр является не кто иной, как Пит Макдональд.

Роб дозвонился на Кипр до Гэри и получил заверения менеджера в том, что все это злые домыслы, но Джоан видела, что шеф так и не избавился от подозрений. Также чувствовалось, что его ранит возможное предательство Пита, которого Роб по собственной инициативе вернул в команду в расчете приободрить игроков.

— Повторюсь, — сказала Джоан, — я не верю ни слову из того, что там написано, и вам не советую.

Роб пожал плечами и отодвинул от себя газету.

— Вам легко говорить. В вашем доме не живет гитлер в юбке.

— Хотите пари? — засмеялась Джоан. — Но что касается Пита: завтра команда возвращается, и вы сможете расспросить его лично.

— Я так и собираюсь сделать, — сказал Роб. — Ну, а как поживает ваше семейство?

— Четыре женщины под одной крышей… Скажу только, что я стала понимать ваши мужские шуточки насчет ПМС.

Роб не успел ответить, потому что из-за двери послышался знакомый голос, и Джоан отлучилась на секунду, чтобы провести в кабинет посетителя — безупречно одетого, но несколько смущенного Ли Ингланда.

— Прошу прощения за вторжение, — сказал он, когда Джоан удалилась и мужчины обменялись рукопожатием. — Но мне необходимо кое-что обсудить с вами.

— Пришли расставить точки над «и» перед тем, как забрать у меня все?

— Не совсем, — замялся адвокат. — У меня есть для вас одно послание.

Он сунул руку в портфель и извлек оттуда письмо, которое и вручил озадаченному Робу.

— Мне нужно прочитать это сейчас?

— Да, если вас не затруднит.

Роб сел за стол и разорвал конверт, откуда вытащил и развернул два листа формата А4, покрытых текстом. Через пару минут он прочитал все, что там было написано, после чего взглянул на Ли Ингланда, терпеливо сидящего в кресле напротив. А потом прочитал послание еще раз.

— Вы знакомы с содержанием письма?

— Да, — ответил адвокат. — И прежде чем вы продолжите задавать вопросы, хочу сказать вам следующее: мне были даны строгие инструкции не рассказывать о существовании этого письма вплоть до среды накануне финальной игры. То есть до этой среды.

Роб уронил листки на колени и уставился в потолок. Ли Ингланд мог бы поклясться, что видел, как кровь отливает от лица его клиента.

— Святые сосиски, — сказал Роб. Его голос дрожал от шока. — Должно быть, мой дядя был засранцем каких свет не видывал.

— Как вам сказать, — промолвил юрист и посмотрел на часы. — Человеком он был своеобразным. С вашего разрешения, я вас на этом оставлю. А может, вы не откажетесь отобедать со мной?

Обед с Ли Ингландом затянулся почти до вечера, и Роб, употребивший большую часть бутылки вина и некоторое количество «Будвайзера», оказался перед выбором: очень дорогое такси домой, ночь на диване в гостиной отца или очень дорогой отель. Он предпочел последнюю опцию. Адвокат дал Куперу массу пищи для размышлений, так что ему требовалось спокойное место, а раз уж Роб платит за покой, то почему бы не насладиться им в комфорте.

Послав сообщение Джейн о том, что он ночует в городе, а затем Чарли, чтобы проверить, в порядке ли сын, Роб вооружился бутылкой водки и двумя литрами диетической колы, отключил телефон и устроился в своем номере. Двумя часами позже, когда тара опустела, Роб включил мобильник и позвонил домой.

— Привет, это я, — сказал он. — Как у тебя дела?

— Нормально, — послышалось в ответ. — А у тебя номер хороший?

Даже в своем алкогольном ступоре Роб расслышал в вопросе издевку, но решил не обращать на нее внимание.