Стараясь думать о чём-нибудь более приятном, женщина покинула постель, буквально выпав из неё. Еле как, словно ей девяносто, а не пятьдесят лет, она поднялась на ноги. Она надеялась, что непонятная слабость и дезориентация быстро пройдут, однако столь желанные симптомы улучшения не наступали.

Глория проследовала в ванную, преодолев внезапно ставший незнакомым путь за долгие полторы минуты, и встала перед зеркалом, упершись руками о раковину. Она взглянула на своё отражение и нахмурилась. Очень тёмные круги под глазами, ужасная бледность и — что самое непонятное — отторгающие даже на вид ранки на шее. Дотронувшись до них, она съёжилась от боли.

Во рту царил неприятный привкус, но вовсе не тот, что возникает из-за нечищеных зубов. Женщина взяла зубную щётку, понимая, что сил не хватит даже на то, чтобы воспользоваться ею по назначению. Тогда она просто выдавила немного пасты себе на язык и разжевала её, чувствую приятный мятный аромат. Отвернув кран, Глория прополоскала рот и вышла из ванной, игнорируя продолжающую литься воду.

«Наверное, я просто чем-то заболела», — решила она. Совершенно ясно — в таком состоянии на работу она не пойдёт, что вызовет определённые проблемы, если не оповестить о причине своего отсутствия.

Двигаясь, как в горячем бреду, женщина рухнула на кровать и нащупала телефон. Опять-таки ощупью набрала номер Шейлы и поднесла трубку к уху.

Прождав десять гудков, Глория обессилено закрыла глаза.

Она почему-то твёрдо была уверена, что подруга не ответит. А звонить ещё кому-нибудь уже не могла.

Отпустив мысли в свободное плавание на просторах сознания, она практически сразу погрузилась в сон, очнуться от которого человеком ей было не суждено.

Семилетняя Сэнди Милтон с нетерпением ждала, когда стрелки часов приблизятся к девяти. Она проснулась ещё полчаса назад, но знала, что мама встанет не раньше вышеупомянутого времени, хотя и была в отпуске и могла себе позволить спать, сколько угодно. Правда, отца это не касалось, но он тоже почему-то до сих пор не покинул родительскую спальню.

«Впрочем, взрослым лучше знать, что им делать и когда», — справедливо считала девочка.

Наконец, нужный час наступил, и она, вскочив с кровати, прилежно застелила её и взяла из ящика стола подарок — у мамы сегодня был день рождения. Сэнди прошлым вечером долго сидела, старательно создавая его — рисунок, изображающий их двухэтажный коттедж, красный семейный универсал «Форд Торус» и, собственно, их самих — маму, папу и дочку. Получилось, на придирчивый взгляд девочки, неплохо. Конечно, она своим продолжающим с каждым днём развиваться умом понимала, что этот подарок чисто символический и как нельзя точно отражает суть фразы, которую Сэнди запомнила на всю жизнь, однажды услышав: «Важен не подарок — важно внимание».

Последний раз критически осмотрев плод своего творчества, она вышла из детской и направилась к спальне. Приблизившись к нужной двери, она прислушалась, ожидая услышать хоть какие-нибудь звуки, но безрезультатно. Что ж, не беда — будет двойной сюрприз.

Девочка повернула ручку. Щёлкнул замок. Она прошла в комнату и застыла, открыв рот.

Её отец лежал на кровати. Безжизненные глаза уставились в потолок. Кровь всё ещё текла из рассечённого горла, заливая простыни.

Расширенные от ужаса глаза Сэнди переместились на мать, сидящую у окна спиной к входу.

— М… м-м-мама? — дрожащим голосом произнесла девочка.

Женщина тотчас подняла голову. Некоторое время она так и сидела — ровно, без малейших признаков сутулости — глядя прямо перед собой.

Её дочь, в шоке глядя на мёртвого отца, невольно сжала в руках лист с рисунком.

Мать обернулась.

Сэнди завизжала.

— В чём дело, моя милая? — по-змеиному прошелестел голос вампирши. — Ты не хочешь поцеловать мамочку?

Она встала и направилась к дочери, потирая окровавленные руки.

Сэнди, продолжая жалобно кричать, бросилась вон из спальни. Затуманенное первобытным ужасом сознание малышки вело её к детской, а вовсе не к лестнице на первый этаж и затем к входной двери. Забежав в свою комнату, она, продолжая держать рисунок, забралась на кровать и забилась в дальний её угол. Свободная ручка схватила любимого плюшевого тигрёнка и прижала к себе.

Дверь с угрожающей неотвратимостью отворилась. Существо, бывшее матерью девочки, приблизилось к ней. Малышка тихо плакала, не издавая ни единого звука и неотрывно смотря на вампира.

— Сэнди, дорогая, я вижу, ты не забыла о моём дне рождения! — тем же неприятным голосом поведала женщина и грубо выхватила у неё листок. Бросив на изображение уничижающий взгляд, она смяла картинку в руках и отбросила в сторону, констатировав: — Какая гадость! Я ожидала большего от тебя!

Горящими жаждущими глазами впившись в лицо дочери, женщина наклонилась к ней, отняв игрушку и выкинув её прочь, следом за рисунком.

— Позволь, я сама выберу подарок, милая.

— Мамочка! — плача, простонала Сэнди. — Не надо, пожалуйста!