Шрифт:
— Да, я тоже всегда что-то такое чувствовал.
— Угости меня, пожалуйста, сигаретой.
Она стала дерзко и неумело курить, ни слова не говоря.
— Я и про твоего отца знаю, — сказал я через минуту-другую, решив покончить со списком жертв и больше к нему не возвращаться.
Джоан молча кивнула. Когда она подалась вперед и посмотрела на огонь, я заметил слезы в ее глазах, но по щекам они не потекли.
— А что остальные? Где они? — спросил я.
— Мама переехала в Дорсет к сестре — моей тете. Дэвид, понятное дело, живет с ними. Он сейчас учится в Кембридже, его все считают очень умным и талантливым.
— В чем же? — Конечно, эта весть меня нисколько не удивила.
— А… в математике, физике и всяком таком. Здоровье у него слабое, поэтому в армию его не взяли.
Я помолчал:
— А что Бриджит?
Она искоса посмотрела на меня и криво усмехнулась.
— А я все думала, когда ты спросишь. Ну, Бриджит занималась музыкой, потом поработала на войне, а теперь вышла замуж. Минувшей осенью, за красавца по имени Коннолли — Майкл Коннолли. Он из тех обворожительных черноволосых ирландцев с голубыми глазами…
— Да-да, я таких встречал.
— Бриджит молиться на него готова. Впрочем, это, наверное, в ее духе.
— А почему он тебе не нравится?
— Легко было догадаться, правда? Что ж, я считаю, он подкупает внешностью. В душе он слаб и себялюбив, добра от него не жди. Бриджит влюбилась в Майкла по глупости. Она, знаешь ли, иногда бывает глупа.
— Мы все бываем. Где они живут?
— В Ирландии, под Дублином. Бриджит еще не успела в нем разочароваться. Но у них ничего не выйдет, вот увидишь.
— Вряд ли увижу.
Она внимательно посмотрела на меня:
— Ты ей писал, не так ли?
— Да, и ответа не получил.
— Бриджит упоминала. Ей надо было с кем-то поговорить, Ева умерла, а Оливер ушел на войну. Она подумала, что, если между вами завяжется переписка, ты придашь этим письмам особое значение… А она тогда сама не могла разобраться в своих чувствах, поэтому решила тебя не обнадеживать. Когда в ее жизни появился Майкл, — не без удовольствия добавила Джоан, — все случилось очень быстро. Она влюбилась моментально.
— Я не удивлен, — ответил я, стараясь не показывать ревности, которую хотела пробудить во мне Джоан. — Черные как смоль волосы, голубые глаза, ирландское обаяние… Гремучая смесь! А я, Джоан, никогда не считал себя красавцем.
— Напрасно, Грегори, — она осмотрела меня с ног до головы, — мне ты всегда нравился. Хотя ты был смешным и неуклюжим юнцом, когда мы познакомились. А сейчас ты выглядишь даже лучше, чем я представляла. Форма тебе очень идет.
Она все говорила и говорила, но я слушал в пол-уха. Мне отчего-то было не по себе, и я думал, что никогда особо не любил Джоан, что все новости я узнал, квартира ужасная, лучше бы мне отсюда убраться и поскорей начать получать удовольствие от жизни.
Видимо, я выдал свои мысли каким-то нетерпеливым жестом или взглядом. Джоан вскочила, положила руку мне на плечо и посмотрела на меня томными серыми глазами.
— Я уже жаловалась тебе на свою скучную жизнь, — чуть понурившись, сказала она. — И ты сам знаешь, как все изменилось… никого больше нет. Я ведь была добра к тебе, когда ты, бедный одинокий мальчишка, прибился к нашей семье. Верно? Ну, так теперь твоя очередь. Ох, Грегори, прости!.. Я знаю, нельзя так разговаривать с мужчиной, я такая дура…
Я тоже так подумал. Но в ее глазах стояли слезы, а рука на моем плече судорожно сжималась и разжималась.
— Хорошо, Джоан. С удовольствием. Чего бы ты хотела?
— Своди меня куда-нибудь! — воскликнула она. — Где сам любишь бывать. Я хочу повеселиться. Если ты сейчас уйдешь и бросишь меня одну, я не вынесу… Не представляешь, каково приходится девушке, когда все ее друзья погибли и жизнь пошла прахом. Только один вечер, Грегори, только сегодня!
Я снял ее руку с плеча — жаркие пальчики все еще сжимались и разжимались, — и встал.
— Я и сам хотел тебя пригласить, Джоан. Давай поужинаем, сходим в театр, а потом потанцуем.
Ее глаза загорелись. Она заявила, что я — прекрасный принц и крестная фея в одном лице.
— Лучше не придумаешь! Ты такой душка, Грегори!
И она поцеловала меня — с жаром, но неумело, так же, как и курила.
— Я бы налила тебе стаканчик, но здесь ничего нет.
— Не волнуйся, у меня в сумке есть бутылка виски. Я выпью и сделаю несколько звонков — забронировать места в театре и все такое, — а ты пока переодевайся. Когда закончишь, я хочу принять ванну.