— Что?

— Все!..

Весьма озадаченный таким поворотом разговора, Добронравов загудел:

— Я, товарищ майор, пятнадцать лет в этой части… От командира роты до командира полка дошел, и вы мне тут… Берите машину и отправляйтесь! Сопровождающим поедет старший лейтенант Эгле!

Провожатый оказался русским литовцем, чьи деды, спасаясь от Гуталина Джугашвили, прятались по самым невероятным местам. Несмотря на то что Андрис сроду не видывал янтарной Балтии, бледный вид, флегма и соломенные волосы однозначно указывали на принадлежность старлея к славной балтийской расе. Впрочем, разговаривал он по-русски нормально…

— Как соседи? Не беспокоят? — указывая в сторону близких сопок, спросил Артем.

— Обычные пограничники, — ответил старлей. — Зачем им нас беспокоить?

— Я про китайцев говорю!

— А-а, эти! — Эгле вяло махнул рукой. — Мы к ним привыкли. Вроде как к тараканам. То они там, то они здесь — и визы на месте, и рожи послушные, только спиной к ним не надо поворачиваться… Они тут все пока кругом окучивают: гражданскую администрацию, бизнес, военных…

— Ну и наркота…

— Возят, конечно, — кивнул старлей. — А у вас в Москве что, не возят?

— Долго тебе, Андрис, в старлеях сидеть, — сыронизировал Тарасов. — Инициативный ты, смотрю, очень… Ладно, поехали прямо…

— Мобильный здесь не берет, — не к месту заметил Эгле. — Только рация…

«Газик» с открытым верхом завелся с пол-оборота и послушно покатил по проселку.

— Как относятся к военным местные жители? — поинтересовался Артем.

— Они себя уже в Китае ощущают, — отозвался Эгле, лихо ворочая рулем. — Поэтому с помощью не торопятся — чаще помалкивают. Китайцы ведь им заработать дают…

Тарасов, следя за извивами и пунктирами тактической карты, приказал:

— Останови-ка здесь!

Внизу, за линией бурого откоса, шумели и ворочались старые деревья. Была видна серая лента реки, торопящейся между мокрыми валунами. И крышу было видно — объект, на карте полковника Добронравова никак не обозначенный. Хорошее место. До границы километров пять-семь, шоссе рядом.

— Вам не жарко, товарищ майор? — спросил ни с того ни с сего Эгле.

— А что?

— Просто поинтересовался… Солнце выше поднялось… Пора бы и обратно ехать.

— Там что, фанза? — прервал старлея Тарасов.

— Похоже, — кивнул Андрис.

— Машину здесь оставим и спустимся туда.

— Зачем? — удивился Эгле. — Фанза быстро строится: вчера не было, сегодня глядишь — стоит… Да и нет там никого…

— Отставить разговоры! Пошел за мной! — прикрикнул Артем и двинулся вниз по едва заметной тропке. Из-под подошв выстреливали комья земли и камешки.

— У нас же из оружия только мой «макар»! — взмолился старлей.

— Если, говоришь, там никого нет, то чего беспокоиться? — отозвался снизу Тарасов.

Открылась фанза на зеленой поляне. Артем напряг каждый мускул, хотя старался выглядеть непринужденно. Риск — благородное дело, если за него звездочки на плечи вешают… Сзади, отдуваясь, поспевал Эгле.

За покрытым мхом углом домика метнулась легкая тень — дрогнули листья на ветке. Тарасов припустился следом. Продираясь сквозь заросли, он увидел тощую спину убегающего во все лопатки человека. Артем поднажал, и его рука клещами ухватила ворот бегущего. Тот затрепыхался и тонко закричал. Свободной рукой Тарасов наподдал беглецу под дых.

— Да вот ты какой! — воскликнул Артем, разглядывая добычу.

Беглец оказался худющим неопределенного возраста китайцем с черным чубчиком над глазами. Он затравленно смотрел на свалившегося как снег на голову русского майора и что-то бормотал.

Не отпуская ворот китайца, Тарасов двинулся к фанзе. У распахнутой двери его ждал старлей. «Даже кобуру, сучонок, на расстегнул!»

— Документы у тебя есть? — тряхнул Артем пленника.

Тот быстро заговорил, указывая рукой то на фанзу, то куда-то в сторону.

— По-русски понимаешь? Нет?! А если я тебя сейчас пристрелю, мразь желтомазая?!

Пленник замолчал и прикрыл глаза.

Тут Артем даже отшатнулся: Эгле, не меняясь в лице, вдруг замяукал по-китайски. Желтомазый в ответ понимающе закивал и тоже ответил мяуканьем, только на два тона выше.

— Отпустите его. Он не убежит, — уверенно сказал старлей.

— Под твою ответственность…

Пока дальневосточные жители переговаривались, Тарасов осмотрел фанзу, но ничего противозаконного не обнаружил. Помещение, впрочем, выглядело обжитым, и даже запас воды в прозрачной канистре не покрылся цвелью.