Ближе всего к ней стоявшие начали молится Матху. Один пожилой лейб-мастер непрерывно икал.

– И вовсе не страшно, господа, – неуверенно возмутилась девушка. – Даже познавательно… Только не позволяйте себя жевать. И рот при беге открывайте. И не забывайте о первом правиле контакта с нематериальными Иными – все отверстия должны быть плотно закрыты.

– Откуда такие подробности? – спросил шуттенант Косимо, вытирая платком вспотевший лоб.

– Сомнение – путь к познанию мира. Так нас учат в Коррсуме. Врага нужно знать в лицо, а для этого необходимо все подвергать сомнению и строгому анализу.

– Ни за что бы не пошел к вам учиться, – честно признался он.

Наконец было выбрано место для установки широкого затейливого прибора, который должен уничтожить змеиное гнездо. Расставив дежурных, мастера под присмотром командиров приступили к работе – установке и приведению в действие бомбы.

Сантера вместе с небольшой группой чистопородных отправилась посмотреть на легендарное место гибели хозяина Арлета. Пока юнцы, открыв рты, хлопали ресницами и подбадривали друг дружку выкриками, девушка спешила вперед. В покоях магистра хранилось большинство ценностей.

Если они так хороши, как обещал Совет, можно будет не возвращать артефакты владельцам. У Сантеры наверняка им будет комфортнее, чем в немытых лапах жадных колдунишек.

Наконец остальные отстали. В лицо бил пронизывающий поток воздуха. За стеной едва слышно скрипели половицы. Почувствовав опасность, карманницазамедлила шаг, когда грубые властные ладони накрыли ее лицо и утянули в открывшийся потайной лаз.

– Тише, тише, Зелено… ах-х ты… – успел сказать Призрак, прежде чем получил сапогом в пах. Но, надо отдать ему должное, Сантеру из рук не выпустил.

– Ой, извини, милый, сразу не узнала, – покаялась она. – Я же просила заранее предупреждать меня о твоем появлении.

Озверевший от гнева юноша стиснул ее горло и вжал в стену:

– Да ты хоть знаешь, что я сейчас с тобой сделаю?!

– Мм, интрига? – обрадовалась девушка. – Продолжай!

Затем пальцы неохотно разжались, скользнули по гладкой фарфоровой щеке, коснулись искусственных коротких волос.

– Отвратительный цвет. Твой натуральный гораздо лучше.

– Работа требует жертв. Зачем ты здесь?

– Тебе короткий ответ или правду?

Сантера игриво щелкнула Призрака по носу, – и он фыркнул, как лошадь.

– Мне, милый, нужна правда. И желательно вся. Тебя послала Розмари? Что ей нужно на этот раз?

– Ей-то ничего. Нас послали, поскольку старикам показалось, что ты можешь не справиться. – Статный юноша, облик которого принял доппельгангер, пожал плечами. Золотые локоны обрамляли порочное надменное лицо.

– Вас? Так ты не один?

– Мм, для тебя, малышка, я всегда один-одинешенек. – Призрак недвусмысленно улыбнулся, и взгляд его стал масленым. Бежать поздно: ее начали медленно вжимать в стену. Но тут из-за истлевшей шторы показалась зеленая рожа, покрытая водянистыми волдырями:

– Хозяин Призрак, мы нашли.

– Падаль, ты не видишь, что я занят!

Нелюдь поник. Сантера вывернулась из цепкой хватки и тихонько рассмеялась:

– Как я люблю мужчин с фантазией… но у нас нет времени, дорогой. Мое отсутствие могут заметить. Показывайте, что нашли, – приказала она зеленому. Доппельгангер за ее спиной недовольно хрустнул кулаками.

В галерее собрались еще четверо. Среди разношерстной компании только она и Призрак напоминали людей. Хвосты, шерсть, слизь и когти служили украшением остальных помощников.

На полу перед ними лежала стопка картин, кубок из потемневшего хрусталя, символика инкантаторов из золота, медный рог, различные пергаменты и свитки. Взяв портрет серокожего человека, Сантера прочла:

– Защитник Севера, Бартевус Ночь.

Другая изображала уже знакомого ей старика с резкими угловатыми чертами, придающими ему зловещий вид. Нерис Большая Рука. Подле него смазливый паренек.

– Магистр и Жиральд. Его ученик, – пояснил «хозяин» Призрак, заглядывая через плечо. – Говорят, они были очень дружны.

Последней оказалось групповое изображение – молодые девушки и старые мужчины в старинных одеждах стояли будто в ожидании чего-то. Они смотрели на Сантеру с брезгливым любопытством. Что будешь делать, глупенькая мартышка?

Одна из колдуний выделялась как насильно вложенный в мозаику кусочек. Тяжелая челюсть, влажные глаза под набрякшими веками, гордая осанка королевы. Платье из блестящих шелков с острым воротничком, обрамлявшим начинающую дрябнуть шею.