Она покачала головой и что-то недоверчиво пробурчала.

Мой самый большой кошмар это если однажды она решит покончить с нашими отношениями. Если она станет больше прислушиваться к собственным ядовитым мыслям, чем к моим словам.

Я поцеловал ее в щеку и прошептал ей на ухо:

— Мы вместе навсегда. И если ты мне не веришь, мне придется снова соблазнить тебя, как только мы найдем то самое место, где сможем уединиться.

В ответ получил легкий румянец на ее щеках, в то время как она опустила свой взгляд, но и этого было достаточно. Но уже через секунду она подняла свою голову вверх и со вздохом, который прошел через всего меня, проговорила: — На мне джинсы.

Я кивнул головой. Я любил эти джинсы. Они сидели на ней идеально.

— И если посмотреть вокруг, я нахожусь в комнате, где люди одеты в дизайнерские шмотки. И ты ненормальный, если считаешь, что это фойе слегка большое. Одна люстра только чего стоит!

— К счастью ее никак не опрокинуть, — голос моей матери был как виски, сначала смягчал, но в конце обжигал.

— Мама, — прозвучало как среднее между приветствием и предупреждением.

— Здравствуй, дорогой. — Она наклонилась и поцеловала меня в щеку, перед тем как повернуться к Блисс.

— Мама, это Блисс. Блисс, моя мама.

— Вот это имя! — улыбнулась она.

Блисс сцепила свои пальцы:

— Ммм… спасибо?

Белозубая улыбка моей матери с красными губами лучилась добротой, но острый как бритва язычок, спрятанный за этими зубами, заставлял меня волноваться.

— Миссис Тэйлор, — начала Блисс. — Простите меня за вазу. Даже не знаю, с чего начать свои извинения.

— Значит, и не стоит начинать.

Боже, голос моей матери надо включить в список причин обморожения на WebMD (американская корпорация, которая предоставляет медико-информационные услуги, имеет свой сайт в интернете — прим. пер.) — Все равно ведь это произошло случайно.

— Тем не менее, я очень сожалею. И очень благодарна за гостеприимство в вашем доме. Очень приятно познакомиться с вами. И, я, просто, так рада быть здесь.

— Так рада. Мы тоже рады, что наш Гаррик приехал домой. И что привез тебя с собой, конечно же.

— Да, я очень рада быть здесь.

— Ты уже это говорила, — она повернулась ко мне. — Она очень милая, Гаррик. Это она так старается преодолеть свою неловкость? Или есть причина похуже?

Вот и началось.

Я засмеялся, будто она пошутила, потому что именно так и следовало реагировать на мою мать. Она добивалась реакции, а юмор — самое безобидное в таком случае. Я продолжал смеяться и через какое-то мгновение стесненный смех Блисс присоединился к моему.

Я сменил тему до того, как моя мать успела возразить, что на самом деле она не шутила.

— Эта вечеринка — твоя идея, Мама?

Она глянула на меня и закатила глаза в сторону отца.

— Твой отец хотел убедиться, чтобы у тебя и твоей невесты была самая лучшая помолвка.

Что означает: Он хотел воспользоваться случаем повыпендриваться. “Самый лучший прием” — всего лишь политика компании. И хотя моя мать была со своими тараканами в голове, я любил ее за то, что она даже не собиралась претворяться, что заодно с отцом.

— Точно. Спасибо за это.

Она лишь усмехнулась и сделала большой глоток шампанского. Мама ненавидела такие мероприятия. По крайней мере, хоть что-то общее было у них с Блисс.

Я заметил, как Блисс теребила свою рубашки и переминалась с ноги на ногу.

— Мам, извини, но мы отлучимся. Так как нас не предупредили о празднике, мы не совсем одеты. Мы пойдем, переоденемся и вернемся.

— Конечно, дорогой. Отличная идея. Оденьтесь как на обычную вечеринку.

Когда мы развернулись за багажом, Блисс спросила:

— И где это так одеваются на обычную вечеринку?

К сожалению, в моей жизни. Или в моей прошлой жизни.

Я взял ее сумку и сказал:

— Нам наверх. Иди вперед.

Мне не пришлось просить дважды. Она рванула наверх, и уверен еле сдерживалась, чтобы не перепрыгивать через две ступеньки.

Я показал ей свою старую комнату, она влетела туда и сразу же со стоном упала на кровать лицом вниз.

— Я больше никогда не вернусь туда. Выберусь через окно.

Занес сумки внутрь и закрыл за собой дверь. Присел рядом с ней и положил свою руку ей на спину.

— Посмотри на это с другой стороны, у нас, наконец, появилось время побыть наедине.

Она откатилась от меня.

— Прости, но теперь я не в том настроении.

Я вздрогнул.

— Блисс, я…

Она вскочила с кровати и начала ходить взад и вперед.

— Почему ты просто не сказал мне, что она меня возненавидит? Зачем было постоянно говорить, что я зря волнуюсь, когда это было совсем не зря?

— Я не хотел, чтобы ты волновалась. Я думал, все пройдет гладко, если ты будешь спокойной.