Шрифт:
Она сглотнула и покачала головой:
— Думаю… я думаю, мне просто надо немного поспать.
Я кивнул:
— Конечно.
Откинул покрывало, и она скользнула под одеяло, все еще наполовину одетая в платье. Еще раз глубоко вздохнул, что нисколько не облегчило давление в моих джинсах или давление в моей голове.
Опять поцеловал ее в щеку.
— Я люблю тебя, — сказал я медленно, решительно. Мне надо, чтобы она услышала это сквозь тот шум, который был у нее в голове. — Поспи немного, я пойду быстренько приму душ.
— Извини меня, — снова сказала она, когда я уходил.
— Не надо извинений, любимая.
Только если она не извинялась за что-то другое, за что-то, чего она не сказала.
— Я потом заглажу свою вину, — сказала она.
— В этом тоже нет необходимости, хотя мне нравится, как это звучит.
Она натянула на себя одеяло, устраиваясь на подушке, а я выключил свет и сказал:
— Спокойной ночи, Блисс.
Для меня круговерть сегодняшнего дня закончилась ледяным душем и большими заботами.
— ПОДОЖДИ! ПОДОЖДИ! Ну еще один разочек!
— Блисс, здесь дети ждут.
И они наверно уже ненавидели нас, но я просто был так рад видеть, как она улыбается, что мне было все равно.
— Да, только им это надо для галочки, потому что все так делают. Большинство из них еще не родились, когда я первый раз читала Гарри Поттера.
Я повернулся к семье из Канады, что стояла за мной и сказал:
— Извините, обещаю, это последний раз.
Потом еще раз сфотографировал Блисс, которая делала вид, что толкает тележку для багажа через стену на Платформе 9 3/4, достопримечательность на вокзале Кингс-Кросс.
Когда мы уходили, маленький мальчик показал Блисс язык. А мне пришлось ее утаскивать оттуда, чтобы она не последовала примеру.
— Тому мальчишке стоит остерегаться меня. Я настоящая колдунья Слизерина.
Улыбаясь, покачал головой.
— Любимая, тебе нужно умерить свое сумасшествие немного.
— Та прав. На самом деле, я из Когтеврана. (факультет школы колдовства Хогвартс. Гарри Поттер. прим. пер.)
Я засмеялся. Даже когда не совсем понимал ее, я любил ее. Может потому что я не понимал ее. Она знала, какая она, и не собиралась меняться. Даже ради меня.
Я усмехнулся.
— Что смешного?
— Просто представил тебя с детьми. Ты наверно будешь клянчить у них игрушки, чтобы поиграть самой.
Я не заметил, что она остановилась, до тех пор, пока не завернул за угол, и ее не оказалось рядом. Я развернулся, а она все еще стояла в нескольких шагах от меня.
— Я просто пошутил, любимая.
Она скрестила руки у себя на талии и пожала плечами:
— Я это знаю.
— Почему тогда такая испуганная?
— Я просто не знала, что ты думаешь о таких вещах.
О Боже. Не хватало еще напугать ее разговорами о детях в таком и без того напряженном путешествии. Только не тогда, когда она снова пришла в нормальное состояние. Иногда я веду себя, как тупица.
Обнял ее за плечи и сказал:
— Какие бы мысли тебя не мучили, останови их. Я тебе еще много чего хочу показать, и я просто шутил.
— Точно, куда теперь?
— Что ж, мы посмотрели Глобус.
Когда мы шли, я почувствовал, как она расслабилась и сказала:
— Ты имеешь в виду воссоздание Глобуса.
— Ну, почти. У нас уже был Биг Бен, Парламент, Тауэр. Может Лондонский Глаз? — спросил я.
— Это, то самое гигантское колесо обозрения? — я кивнул. — Да, давай туда!
Всего лишь одного дня с Блисс, и ее знакомства с моим старым городом хватило, чтобы избавить меня от сумасшествия прошлого вечера, избавить меня от некоторых переживаний. Наверно, действительно, ей нужен был всего лишь сон, потому что этим утром она опять была в отличном настроении.
— Только давай сначала зайдем в магазин, — попросила она, — в аптеку? Хочу прикупить лекарства, на случай если опять почувствую себя плохо.
— Конечно, — я поцеловал ее в висок, и мы направились в метро, которое доставит нас в другую часть города.
10
Блисс
Мы остановились у небольшого магазинчика, который был чуть больше мини-маркета. Там продавалась еда, туалетные принадлежности, и широкий выбор разных товаров, но больше всего меня интересовал аптечный отдел в глубине магазина.
— Можешь взять мне воды? — спросила я. — Я зайду в туалет, возьму лекарство и встретимся с тобой на этом месте.