Праву от удивления широко раскрыл глаза: вот какие слова знает тундровый оленевод!

– Да, я комиссар! – гордо объявил он.

– А я думал, что лыгъоравэтлан! – уничижительно сказал Арэнкав. – Слушай, комиссар, что я тебе скажу: мне тебя убить – нет ничего легче. Видишь нож?

Нож, действительно, был внушительный. Лезвие, широкое, остро отточенное. Арэнкав, должно быть, бреется этим ножом, как и всякий оленевод.

– Одним ударом под лопатку я убиваю наповал большого быка-оленя, – продолжал Арэнкав. – У меня в руках остается только мокрая от крови костяная рукоятка. А на тебя хватит и половины лезвия…

Праву почувствовал, как тонкой струйкой потек по спине пот. Было щекотно и страшно. А вдруг Арэнкав действительно вздумает его убить?.. Он силен – это видно. Но и у Праву мускулы не из жира. Придется вспомнить уроки борьбы самбо… Эта мысль немного успокоила Праву.

– Я не олень и не буду покорно подставлять себя под нож, – сказал он.

– У тебя, наверное, все же есть маленькое ружьецо в кожаном чехле, которое носят на поясе? – вкрадчиво спросил Арэнкав.

– Стану я показывать, что у меня есть! – почти весело воскликнул Праву.

– Покурим, – вдруг предложил Арэнкав.

Праву достал пачку «Беломора». Пальцы его были напряжены, но руки не дрожали. Арэнкав раскурил папиросу, несколько раз затянулся и поднялся с камня.

– Скоро утро, – сказал он. – Днем у вас будет много работы.

– Надеюсь на твою помощь, – сказал Праву.

Только когда Арэнкав скрылся в своей яранге, Праву облегченно вздохнул. Провел рукой по волосам. Они были мокрые. Неужели и голова вспотела? Нет, это роса. Вон она: и на камнях, и на траве, и даже осела матовым налетом на резиновых сапогах.

Небо еще больше посветлело: вот-вот появится солнце. Праву встал и в дверях столкнулся с Наташей.

– Ох! – проговорила девушка. – Я все слышала… Весь разговор. Как я волновалась!.. Когда он пригрозил убить, я приготовилась защищать тебя…

Только сейчас Праву заметил в ее руке никелированный хирургический ланцет. Настоящий товарищ – доктор Наташа! Она смотрела на него как-то необычно тепло, и Праву захотелось сказать ей что-нибудь ласковое в ответ. Но вместо этого небрежно произнес:

– Глупости! Арэнкав шутил… Я хочу немного поспать.

Теплота исчезла из ее глаз, лицо стало замкнутым.

– Иди спи, – сказала она.

Утром, наскоро попив чаю, Праву и Наташа вышли из яранги. Солнце стояло высоко, и было так тепло, что Праву восхищенно сказал:

– Как на Карельском перешейке!

– Под Хабаровском бывает еще жарче. Когда я училась в институте, мы часто ходили купаться на Амур.

– Если мы управимся пораньше, можно поплескаться и в реке Маленьких Зайчиков, – предложил Праву. – Или пойти на Гылмимыл. Тут близко. Будет не хуже, чем в Амуре или в Финском заливе.

Арэнкав, Мивит и Эльгар пили чай. Праву и Наташа подсели к ним. Им налили круто заваренный чай в искусно вырезанные деревянные чашки.

Говорили о постороннем. О хорошей погоде, о направлении ветра.

Жена и дочь Арэнкава шушукались возле костра… Праву невольно прислушался.

– Гляди-ка, – шептала девушка, – женщина вырядилась в белое, будто на охоту собралась.

– Так и есть, – отвечала ей мать… – Будет охотиться на детей. Отец говорил… Мало им, что взрослых утесняют, так теперь и до ребятишек добрались.

Доктор Наташа тоже слышала эти слова. Она бросила встревоженный взгляд на Праву.

– Надо идти, – сказал он.

– А куда нам торопиться? – возразил Мивит.

– Вам, может, и некуда, а нам надо, – повторил Праву и встал. За ним поднялась Наташа. Арэнкаву и его друзьям пришлось прервать чаепитие. Мивит что-то ворчал себе под нос.

– Откуда начнем? – спросил Арэнкав на улице.

– Вон хотя бы с той крайней яранги, – ответил Праву.

Арэнкав пошел вперед. Заметив, что с ними увязался Мивит, Праву остановился и строго сказал:

– Вы нам не нужны.

Мивит от удивления вытаращил глаза:

– А я тебя спрашивать не буду: нужен я тебе или нет!

Праву продолжал стоять на месте. Привлеченный разговором Арэнкав вернулся и недовольно спросил:

– Что тут случилось?

– Мы договорились идти вчетвером: я, доктор Вээмнэу, вы и шаман. Больше нам никто не нужен, – объяснил Праву. – Поэтому пусть этот человек уходит.

– Иди, Мивит, – сказал Арэнкав.

Мивит бросил на юношу злобный взгляд. Праву выдержал его, не отвернулся, и эта маленькая победа приободрила. Праву не мог без стыда вспоминать свой ночной страх и липкий холодный пот на спине.