С лица Инэнли понемногу сходила хмурь. Он бережно взял ружье.

– Спасибо, Праву. Такой подарок – память на всю жизнь. – И он передал ружье Инэнликэю.

Мальчик важно положил ружье на плечо и понес домой.

Борцы уже скидывали кухлянки. Смуглые тела, несмотря на сильный мороз, блестели от лота и жира. Борьбу начали подростки. Они топтались на снегу, крепко вцепившись друг в друга. Зрители подбадривали их криками.

В круг вошли взрослые. Соперники долго примеривались, потом ухватили друг друга за края меховых штанов. Окутанные паром дыхания, они тяжело ходили, вскапывая торбазами снег. Одним из борцов был Коравье, другим – пастух Кытылькот. Коравье положил Кытылькота в снег, и тот, пряча глаза от зрителей, собрал в охапку свою одежду и вышел из круга, сопровождаемый насмешливыми возгласами:

– Должно быть, он ест только вареное мясо! Чего это Кытылькот вдруг заторопился домой?

Коравье, довольный победой, расхаживал по кругу, потряхивая кистями сильных рук.

– Кто еще хочет полежать на мягкой снежной постели? – вызывал он. – Ну, пусть докажут, что у них тоже, как и у меня, мясо красного цвета! Экикой! Выходите в круг!

– А ну, я попробую, – вдруг сказал Рунмын. – Авось поскользнется несдержанный на язык!

Рунмын решительно сбросил кухлянку и твердыми шагами двинулся навстречу Коравье, который ждал его, покачиваясь на полусогнутых ногах.

Но и Рунмына постигла та же участь, что Кытылькота. Сконфуженный, он вышел из круга.

Разгоряченная зрелищем Росмунта восторженно смотрела на мужа. Она высоко поднимала Мирона и показывала ему обнаженного по пояс отца, гордо расхаживающего вдоль ряда зрителей:

– Бери приз, Корав, раз нет достойных твоей силы мужчин! – крикнула Росмунта.

Коравье повторил клич, но никто не отозвался. Он уже сделал несколько шагов по направлению к призу, но тут послышался голос Праву:

– Постой!

Коравье остановился и вопросительно посмотрел на своего друга. Праву снимал кухлянку. Когда он остался в одних меховых штанах, по толпе прошел смешок:

– Видать, часто моется: побелел! Крови не видать! Вываляй его в снегу, Корав!

Коравье вернулся в круг и с любопытством наблюдал за приближающимся Праву.

Коравье был намного сильнее Праву – это видел всякий. Наташа, стоявшая среди зрителей, покраснела, и Праву, заметив это, догадался, что она боится за него.

Борцы сблизились. Коравье по-прежнему улыбался. Через секунду он лежал на снегу, удивленный и обескураженный.

– Я поскользнулся, – виновато сказал он.

– Давай еще раз попробуем, – предложил Праву.

Но и на этот раз Коравье так быстро оказался на спине, будто и не вставал.

– Торбаза скользкие, – сконфуженно произнес он, вставая.

– Что с тобой, Коравье? – уже неслись из толпы насмешливые возгласы. – Неужели Росмунта подшила тебе ледяные подошвы?

– Еще раз? – спросил Праву.

Коравье молча кивнул и крепко уперся ногами в снег.

Праву дал ему ухватить себя за пояс меховых штанов. Напрягшись, Коравье оторвал соперника от земли и швырнул. Никто не понял, что случилось: вместо Праву на снегу лежал Коравье!

– Какомэй! Ыннатал йыккайым! [25] – пронеслось по толпе.

Коравье поднялся, не спуская глаз с Праву.

– Ты меня победил! – громко сказал он и отошел в сторону.

Коравье не на шутку был огорчен поражением. От природы искренний, он делал над собой невероятные усилия, чтобы по-прежнему дружелюбно разговаривать с Праву. Непонятно, как человек намного слабее мог так легко победить его?

Во время вечерней трапезы Коравье несколько раз бросал на друга оценивающие взгляды.

Праву ждал, что Коравье спросит о секрете, с помощью которого он победил. Но Коравье молчал.

Росмунта тоже была расстроена. Она тяжело вздыхала и бросала на мужа укоризненные взгляды.

Тогда Праву заговорил сам:

– Ты, Коравье, все же сильный человек, и мне было нелегко сладить с тобой. Если бы ты боролся грамотно, тебя ни за что бы не положить.

– Как это – грамотно? – насторожился Коравье.

– Ты борешься одной силой, а нужно еще и умение, – объяснил Праву.

– Хитрость? – спросила Росмунта.

– Помолчи! – раздраженно крикнул Коравье. – У нас мужской разговор.

Росмунта надулась и отошла в сторону, что-то бормоча себе под нос.

Праву принялся объяснять правила борьбы самбо и показал несколько приемов. В результате чайник оказался в костре.

Росмунта прогнала их на улицу.

Здесь было достаточно места.

Коравье довольно быстро понял, что к чему, и был готов бороться до утра. Но тут из яранги вышла Росмунта и сказала, что пора идти в кино.

Во время сеанса Праву опять сидел рядом с Наташей. И опять, как в районном центре, испытывал мучительное желание смотреть не на экран, а на нее.