– А вам сильно поможет, если вы получите в свое распоряжение образец боезапаса пришельцев?
– спросил Кир Калансис.

– Безусловно. Это позволит нам сэкономить месяцы, если не годы работы.

– Значит, захват неповрежденных спецбоеприпасов пришельцев должен стать одной из приоритетных задач, - заключил президент.
– К счастью, у нас есть данные о месте их хранения на базе "Север". Естественно, такое же задание получат и другие группы атаки. Наш проект, как вы все знаете, имеет международный характер, а созданные спецбоеприпасы будут переданы под контроль Межкома.

– Первое заседание Межкома на уровне постоянных представителей, к которым я имею честь принадлежать, состоится двадцатого, - добавил министр иностранных дел Эреган Ольсинг.
– На данный момент уже сформированы секретариат и комиссариат - исполнительный орган Межкома, завершается создание комитета начальников штабов и экспертных комитетов. Доставка иностранных членов проводится по плану, без отклонений...

"Сегодня четырнадцатое!" - Гредера Арнинга словно ударило током. Четырнадцатое число, день рождения Рэл! Сегодня ей бы исполнилось двадцать шесть...

Эти дни рождения он помнил с детства. Удобная дата, начало лета, занятия в школе уже позади... Родители часто использовали этот повод, чтобы на несколько дней съездить в Галану к своим старым друзьям Калансисам. И конечно они брали с собой и Гредера.

В эти дни всегда происходило столько замечательного! Восемнадцать лет назад он впервые увидел, как, отбивая полдень, бьет пушка на центральной площади Галаны. Шестнадцать лет прошло с тех пор, как заводила Лотар Негелис подговорил малышню запустить прямо из сада ракету, которая пролетела не меньше двадцати метров и угодила в верхушку дерева. А десять лет назад они с Рэл впервые поцеловались. Тогда, приехав в гости к Калансисам после двухлетнего перерыва с новеньким аттестатом об окончании школы, он внезапно увидел, что вредная зазнайка, задавака и спорщица превратилась в красивую, умную и славную девушку, которой и в подметки не годилась некая Сейт, за которой он тогда пытался ухаживать во Фраувенге. Проныра Римар Негелис, который вечно совал свой нос, куда не следует, и которого сейчас, уже, возможно, тоже нет в живых, тогда подглядел за ними и начал дразнить их женихом и невестой, а Рэл, ничуть не смутившись, задрав носик, тут же сообщила, что так оно и есть, и пусть Римар не завидует - ему тут ничего не обломится.

И пожениться они решили на дне рождения у Рэл, пять лет тому назад. Он, поступив в Галанский университет, к тому времени уже несколько лет жил у Калансисов, и их отношения с Рэл давно ни для кого не были секретом. Тогда они и объявили, что станут мужем и женой сразу же после его выпускных экзаменов, а еще через год с небольшим родился их малыш, который так навсегда и остался трехлетним...

Гредер Арнинг глубоко вздохнул, чтобы сдержать рвущиеся наружу слезы. В горле у него стоял комок, сердце лихорадочно билось. Невыносимая боль утраты, которую он пытался загнать внутрь все семь долгих месяцев после смерти Рэл и сына, снова охватила его целиком.

И почему не бывает такой работы, которая занимает все двадцать часов в сутки?! Все эти месяцы он пытался найти забытье в каждодневном труде, будь то прокладка кабелей на базе пришельцев или организация производства вакцины в Зеннелайре. Но и тогда его настигали свободные, ничем не занятые часы и минуты, когда горечь воспоминаний отравляла душу. Не раз и не два к нему приходила мысль утопить свое горе в алкогольном болоте, но он держался, боясь, что и это лекарство ничем не облегчит его страдания.

Работа, работа... Никакого иного средства у него нет и не будет. И остается только надеяться на то, что теперь у него этой работы будет достаточно...

Увидев приближающегося седого пожилого человека с небольшим чемоданчиком в руке, Гредер Арнинг пружинисто вскочил на ноги.

– Господин Даксель? Я - Гредер Арнинг, комиссар Межкома. Я занимаюсь вашим транспортом, так что прошу - ваш личный самолет вас ждет!

Даррен Даксель, постоянный представитель Барганда в Межкоме, оказался человеком на редкость неразговорчивым. Он не проявил никакого интереса при виде "Буревестника", хотя Арнинг был готов прочитать ему целую лекцию о славной истории этого уникального самолета, немногословно ответил на приветствия экипажа - неразлучной пары в лице Либсли Ворро и Кисо Неллью, а затем, не говоря ни слова, устроился в кресле крохотного пассажирского отсека. Ему ничего не хотелось и ничего не было нужно, и Гредер Арнинг, занявший кресло наискосок, оказался представленным самому себе, вернее, своим невеселым мыслям.

Как жить дальше?! Гредер Арнинг искал и никак не находил ответа на этот простой вопрос. Нет, с карьерой все было понятно. Должность комиссара Межкома - это высокая ответственность, широкие полномочия и много-много работы - именно то, что ему сейчас больше всего нужно. Но как справиться с главными недругами - пустотой и одиночеством?...

– Прошу прощения!

Гредер Арнинг растерянно заморгал. Кажется, Даррен Даксель окликнул его?

– Прошу прощения, - повторил баргандец.
– Я боюсь оказаться бестактным, но мне показалось, что с вами что-то не в порядке. Вы вспоминали тех, кого утратили?

– Да, - Арнинг устало кивнул.
– Жену и сына. Они погибли почти семь месяцев тому назад.

– Сочувствую, - Даррен Даксель вздохнул в ответ.

– Вы тоже...?

– Да. Двух сыновей. Один во время вторжения при бомбежке вместе со всей семьей, второй попал в плен к пришельцам и не вернулся. Говорят, его увезли на другую планету, и он, возможно, еще жив...

– Это ужасно - не знать, - согласился Арнинг.
– Хотя знать, что нет никакой надежды, - еще хуже. Я сам похоронил своих... у разбомбленного дома.