– И не надо, я сам догадался!

Но среди встречающих Неллью увидел и узнал еще одного человека, которого никак не думал здесь встретить.

– Господин полковник!
– вполголоса воскликнул он.
– Вы нас помните? Летчиков с "Вилкандских авиалиний"?

– А, последняя ночь перед войной?! Такое не забудешь!
– полковник Ринан Ауто смахнул воображаемую пылинку с лацкана своего безукоризненно сшитого штатского костюма.
– Рад видеть вас здесь живыми и здоровыми!... Постойте, а вы куда?!

– Не надо его задерживать, - вздохнув, Неллью проводил взглядом стремительно удаляющегося прочь Ворро.
– У него здесь свои дела, и, причем, очень важные.

Либсли Ворро широкими шагами шел по городу, и это был, действительно, город, хотя в нем не осталось, наверное, ни одного целого здания. Бывшие улицы были расчищены и превратились из просто направлений в настоящие дороги. На развалинах выросли землянки, хибары, бараки из всевозможных материалов. Ему все время попадались люди, что-то несущие, катящие тележки или просто идущие по своим делам. В бывших дворах сушилось на веревках белье, трепетали на уцелевших стенах пожелтевшие и побитые дождем листы бумаги. Кое-где среди развалин пробивалась трава и кустики бурьяна, что придавало им давний и какой-то нестрашный вид, словно он идет по какому-то древнему городу, раскопанному археологами.

Кусок стены по-прежнему торчал вверх исполинским выщербленным клыком. Номера дома на нем уже не было, однако Ворро сразу же узнал его. Там были прилеплены какие-то бумаги, он с бьющимся сердцем бросился читать их, но тут же разочаровано мотнул головой - это было какое-то старое объявление об открытии водяной скважины на соседней улице.

Вздохнув, Ворро пошел дальше. Он уже похоронил и оплакал своих родных тогда, в ту страшную зиму, почти полгода тому назад, но теперь его душу снова раздирала надежда. "Хоть бы кто-то уцелел, - беззвучно шептал он пересохшими губами, пока ноги сами несли его вперед, сами выбирая направление.
– Хоть бы кто-то...".

Остановившись, он заставил себя думать логически. Его отец до войны работал в городской администрации, значит, его следы надо было искать там. Спрашивая встречавшихся навстречу людей, он направился к мэрии, располагавшейся теперь в каком-то дальнем предместье. Идти было далеко, но он упрямо передвигал ноги, не чувствуя ни жажды, ни усталости. Несколько раз ему казалось, что он видит в толпе отца, мать, других родных, но всякий раз это был только мираж.

– Вы к кому?
– спросил его вахтер у входа в небольшое трехэтажное здание с несколькими дверями, через которых постоянно входили и выходили люди.

– Терран Ворро, управление по культуре, - хрипло сказал Ворро.

Вахтер, кажется, целую вечность листал гроссбух, прошитый толстыми полосатыми нитями.

– Кабинет 217, второй этаж, - вдруг, наконец, сказал он.
– Только он теперь в отделе образования...

Не слушая его, Ворро бросился бежать. Он продрался через толпу на лестнице, дернулся в один коридор, другой. Возле двери с номером 217 стояли и сидели люди, он, не замечая их, отодвинул кого-то с дороги и прошел внутрь.

В крохотной комнате еле умещались четыре стола. Там были еще какие-то шкафы, стулья с сидящими на них посетителями, но Ворро видел только немолодого коренастого человека с крупными чертами лица и коротко стриженными седеющими волосами, сидевшего за заваленном бумагами столом у зарешеченного окна. Он что-то писал на листе бумаги черной поцарапанной ручкой, но по какому-то толчку вдруг поднял голову.

– Отец!

– Ли, чертяка! Вернулся!

Бумаги полетели во все стороны, словно сорванные с веток листья. Отбрасывая в сторону путающиеся под ногами стулья и шепча какие-то бессвязные извинения отталкиваемым прочь людям, отец и сын крепко обнялись посреди кабинета.

Ворро начал замечать окружающее только под вечер, когда он обнаружил себя в крохотной, но будто способной растягиваться далеко вширь скудно меблированной двухкомнатной квартире, куда самым невероятными образом набились, причем, совершенно не мешая друг другу, отец с матерью, дяди, тети, кузены, кузины и даже Неллью с Гредером Арнингом. И каждый из них говорил о чем-то своем, и все были счастливы, потому что они были живы и снова вместе.

– Я убью этого поддонка Лльечи!
– уже, наверное, в пятый раз сердито говорил Ворро.
– Ему самому лучше будет, если он уже дохлый! Как он меня провел! Кому я поверил?! Представляешь, этот гад сказал, что мама умерла!

– Это тетя Рози умерла, наша соседка, - отец положил руку на плечо Ворро.
– Ты же помнишь ее? Во время налета мы как раз все были на кладбище, хоронили ее. Вот потом и пришлось перебираться в Агирру, к дяде Гичо. Там и пересидели.

– Но вы хоть бы клочок бумаги оставили, что живы!
– Ворро все никак не мог успокоиться! Этот сволочной Лльечи...

– Ли, но мы же слышали о воздушном коридоре! Мы все думали, ты уже давно в безопасности, в Валезе. Кто ж думал, что ты возьмешь, и явишься!?