Я схватила детектива Бассо за руку и стиснула ее:

— Пожалуйста, не оставляйте меня одну!

— Никто тебя не собирается оставлять одну. Что ты можешь рассказать мне об этом Риксоне?

Меня на каталке подвезли к дверям «скорой помощи» и погрузили в машину, детектив Бассо забрался следом и сел рядом со мной. Я с трудом соображала. Сознание норовило покинуть меня, в голове стучала одна и та же мысль. Мне нужно срочно поговорить с Патчем. Я должна рассказать ему о Риксоне.

— Как он выглядит?

Голос детектива Бассо вернул меня к реальности.

— Вы видели его прошлой ночью. Это он связал Скотта в своем грузовике.

— Так в тебя стрелял этот парень? — Бассо поднес к губам рацию и заговорил: — Подозреваемый Риксон. Высокий, худой, черные волосы. Ястребиный нос. Возраст около двадцати, плюс-минус.

— Как вы нашли меня?

Ко мне медленно возвращалась память, я вспомнила, что перед тем, как потерять сознание, видела в дверном проеме Патча. Буквально долю секунды, но он точно там был. Где он сейчас? И где Риксон?

— Анонимный звонок. Звонивший сообщил, что я найду тебя в служебном помещении под комнатой смеха. Сначала я подумал было, что это розыгрыш, но все равно решил проверить. Еще он сказал, что займется тем, кто в тебя стрелял. Я думал, он имеет в виду Скотта, но теперь склоняюсь к тому, что речь шла об этом Риксоне. Ты вообще не хочешь рассказать мне, что происходит? Может быть, начнешь с того, как зовут того, кто спас тебя, и где я могу его найти?

Несколько часов спустя детектив Бассо медленно подъехал к моему дому.

Было уже больше двух часов ночи, в окнах отражалось ночное беззвездное небо. Меня отпустили из больницы, рану промыли и перевязали. Маме сообщили о случившемся сами врачи. Я с ней не говорила. Понимала, что нам придется поговорить рано или поздно, но справедливо посчитала, что суета больницы не очень-то располагает к этому разговору, поэтому только покачала головой, когда медсестра протянула мне телефонную трубку.

И с полицией общаться я тоже не хотела. Я прекрасно понимала, что детектив Бассо считает, будто Скотт мне просто привиделся. И насчет Риксона он был не совсем уверен в моих показаниях. Знал, что я что-то скрываю. Но даже если бы я рассказала ему все с самого начала и до конца, у него все равно не было шансов найти Риксона.

В отличие от Патча, который, судя по всему, именно этим и собирался заняться. Но ничего больше я не знала. И с замиранием сердца думала о том, что же могло случиться там, в машинном зале, после того как я потеряла сознание.

Мы вышли из машины, детектив Бассо проводил меня до дверей дома.

— Еще раз спасибо, — сказала я. — За все.

— Позвони, если буду нужен.

Войдя в дом, я включила свет. В ванной я скинула всю одежду, которая на мне была, и брезгливо свалила ее кучей на пол: она вся пропиталась по2том и страхом. Левая рука у меня была перевязана, я обернула ее пластиковым пакетом и подставила тело упругим горячим струям воды.

Пока вода смывала с меня грязь, пот, кровь и слезы, перед глазами у меня возникали картинки того, что произошло сегодня. И я старалась, чтобы горячая вода смыла и их тоже, унося с собой все переживания, страхи и разочарования сегодняшнего дня. Все закончилось. Все. Мне почти удалось избавиться от всех мыслей. Кроме одной. Черная Рука.

Если это не Патч, то кто же? И каким образом Риксон, падший ангел, мог узнать о нем так много?

Через двадцать минут я вышла из душа, обернулась полотенцем и включила автоответчик, чтобы прослушать сообщения. Одно было из «Энцо» — спрашивали, могу ли я выйти на работу сегодня. Следующее от Ви, которая довольно нервно интересовалась, где я. Полицейские вывели ее из парка и велели отправляться домой и там ждать известий, правда, предварительно сообщив, что со мной все в порядке. И теперь она выпалила в трубку в своей обычной манере: «Если я упущу возможность поучаствовать в большом деле, я просто ужасно рассвирепею!».

Третье сообщение было с неизвестного номера, но я узнала голос Скотта в ту же секунду, как он начал говорить:

— Если ты соберешься рассказать полиции об этом звонке, имей в виду: к тому времени, как ты это сделаешь, я буду уже слишком далеко, и они меня все равно не поймают. Я звоню, только чтобы еще раз попросить прощения.

Он замолчал, и я почувствовала, что он улыбается:

— Я знаю, что ты за меня жутко волнуешься. Поэтому спешу тебя успокоить: я поправляюсь. Я скоро снова буду как новенький. Но спасибо за то, что беспокоишься о моем… хм… здоровье.

Я тихонько улыбнулась. У меня гора с плеч свалилась. Хотя бы со Скоттом все хорошо.

— Было приятно иметь с тобой дело, Нора Грей. Кто знает, может быть, ты еще услышишь обо мне. Может быть, наши пути еще когда-нибудь пересекутся.

Снова пауза.

— Да, вот еще что. Я продал «мустанг». Он слишком заметный. Ты не удивляйся сильно, но я купил тебе кое-что. Я тут прослышал, что ты положила глаз на «фольксваген». Продавец подгонит тебе его завтра утром. И я заплатил за полный бак бензина, так что не дай себя облапошить.