Опа! Женский спецназ?

Шесть ведьм. Все «девятки», и какие-то ночные наездницы.

«Название, гм, пошловатое… Хотя где-то встречал раньше…»

Пока я раздумывал над тем, дальше что делать, ведьмы спеленали мычащую миледи де Плерон, зашептались. По итогам недлинного совещания одна резвой тенью вдруг метнулась по стене вертикально вверх.

«Взяли „языка“ и теперь уйти хотят? — догадался я. — А вот фигушки…»

Одной рукой я вытащил арбалет, другой потянул болт из колчана. Вложил в желоб, чуть слышно звякнула натянутая тетива. Я прицелился.

Одна из ведьм заметила меня в последний момент, развернулась, распахнула для крика рот… Но так и осела беззвучно, подламываясь в коленках. Из ее глазницы страшно торчал болт с зачарованным наконечником.

Ну тем лучше.

Я быстро перезарядил арбалет, вышел из тени. Крикнул:

— Слышьте, киднеперы, пустите девчонку!

К чести ночных наездниц нужно сказать, что они не растерялись. Пугаться или вступать в переговоры не стали. Мгновенно бросились в контратаку.

Шестым чувством я уловил выстрелы, метнулся вбок. В отделанную глиной деревянную стену дома смачно ударились два арбалетных болта. Перекувырнувшись, я встал на одно колено, выстрелил, почти не целясь. Однако прокачанный до «Мастера» навык стрелка не подвел — от фигурки ночной наездницы красиво отлетели две сотни очков Здоровья.

Но больше пострелять мне не дали.

Ведьмы попытались взять меня в клещи, ловко метнули арканы. От двух я увернулся, зато третий обвил руку, стиснул запястье так, что едва не содрал кожу грубой веревкой. От сильного рывка я выронил арбалет, упал на живот.

«Заразы! Что я вам, теленок, на веревочке меня водить?!»

Злясь, я перекатился в сторону, развернулся, уперся пятками и вцепился в аркан двумя руками. Рывок, стравленную веревку обмотать вокруг туловища, упереться — опять рвануть. Из тени под городской стеной послышался женский стон, ведьма вылетела, как пробка из бутылки. Я злорадно протянул ее пару метров по пыли.

За спиной зашипело по-кошачьи. Я успел оглянуться и тут же отвернулся, пряча глаза и втягивая голову в плечи. Лопатки обожгло, мелькнули горящие зеленым светом глаза. Огромная рысь набросилась вновь.

Пришлось бросать ведьму на аркане и срочно переключаться на рысь…

А-а-ай! Нет, на двух рысей!

Я перекатился через голову, вскочил. Тут же развернулся лицом к оборотням, одним движением рванул клинки. Рысь прижалась к земле и сразу стремительно прыгнула. От такой скорости я рубанул двумя мечами одновременно, не целясь. Сталь ударилось в мягкое, в лицо плеснуло горячим, меня оглушил кошачий вой. Рысь, оставляя на примятой траве тускло блестевшие капли, покатилась. Выскочило окошко с сообщением о критическом повреждении.

— Ну что, киски, налетайте! — победно крикнул я.

Оборотни переглянулись, но предусмотрительно пошли в обход. Не отрывая от них взгляда, я попятился, совершенно выбросив из головы остальных двух ведьм. Вспомнил только тогда, когда в щиколотку впился арбалетный болт, противно хрустнуло. Я взвыл от боли.

Ноги сами по себе подломились, я опрокинулся. Один из оборотней на радостях рванулся добивать, но был встречен взмахом катаны. И, лишившись лапы, был вынужден отступить.

— Назад! — услышал я хриплый голос. — Добьем его стрелами!

Ну да, с обычными игроками так бы и поступили. Только не со мной.

Я ткнул взглядом в пиктограмму абилки, в ладони тут же очутилась бутылочка. Я ударом раздавил ее о нагрудную броню. Мою фигуру объяло синим мерцанием.

То-то же!

Теперь вскинуть кулак, спустить с цепи заклинание «Покровы Тьмы». Ага! Сработало на всех четверых! То, что мне надо.

Я вскочил. В это время одна из ведьм скастовала защитную волшбу, пепельное облачко вокруг ее головы исчезло. Не давая ей опомниться, я подскочил, рубанул катаной сверху вниз. Ночная наездница, к моему удивлению, ловко приняла удар на лезвие короткого меча. Такая расторопность вызывала уважение. Впрочем, сейчас не время. Потому я сократил дистанцию, бросил вперед левую руку. Дополнительный клинок вошел между пряжками кожаного доспеха, пронизывая тело от правого бока до левого плеча. Ведьма всхлипнула, закатила глаза.

Ночная наездница осела, потянув следом мой клинок. Пришлось дернуть, он с противным хлипом высвободился. Оружие ведьмы мгновенно истаяло, как и наплечная сума. Значит, тоже не лыком шита, премиум.

Все это я заметил в одно мгновение. Потом из-за спины донеслось шевеление, дрожь натянутой тетивы. Затылком чуя, что времени оборачиваться уже нет, я бросился вбок. Рядом свистнуло, рвануло волосы, обдало тугой волной воздуха.

«Офигеть! — пронеслась лихорадочная мысль. — А ведь могли одним выстрелом прикончить, стрелки, блин, ворошиловские!»