Так или иначе, но волею судьбы высокие друзья Виктора Евгеньевича снова оказались на коне. Что, естественно, придало ему новую порцию оптимизма. Решительно порвав с оппозицией, он с головой погрузился в свой бизнес. И приступил к реализации плана Володи Хайкина.

Вскоре после назначения Месникова Главным Координатором Республики Виктор Евгеньевич как бы случайно заглянул в его кабинет, еще старый, в Доме правительства.

— Надо же что-то делать, — в ответ на «примите мои поздравления» вздохнул Владимир Михайлович, не скрывая подавленности и как бы даже оправдываясь. — Кто-то же должен вытаскивать этот воз! [74]

Похоже, придя в новую власть из прошлой, да еще через такие унижения, новоиспеченный Главный Координатор очень нуждался в поддержке.

— Ну да, — с готовностью поддержал его Дудинскас. — Политика, конечно, — дело урлекательное, но кто будет работать? — он уговаривал даже не Месникова, а себя. — Помирать, как говорится, собирайся, а жито сей. Есть же реальная жизнь...

Месников посмотрел на него недоверчиво, заподозрив издевку.

— Мы ведь не в балете, — сказал Дудинскас, стремясь подчеркнуть родство душ и некоторое сходство их положения.

Месников не понял. Виктор Евгеньевич пояснил:

— Это мой любимый председатель колхоза Старобитов любит повторять. В балете конкурс, а в колхозе работать приходится с тем, кто есть... — Дудинскас помолчал, — Что с того, если эти новые хлопцы нам не очень нравятся? Кому-то и вы не нравились, но здесь не балет. Хотя, как видите, профессионалы и им нужны...

Месников настороженно кивнул. С этим нельзя не согласиться.

— Ну да, — сказал он, все еще не совсем уверенно. — Управлять государством, тем более новым и, — перейдя на шепот, — я вам честно скажу, непонятно, куда идущим, — этому нужно учиться. — Месников снова вздохнул. — А когда им учиться? Времени-то нет, смотришь, а уже поджимают следующие, жаждущие порулить... Вы понимаете, что я имею в виду.

Дудинскас почувствовал, что Владимир Михайлович его как бы прощупывает. И сразу принял подачу:

— Эта оппозиция — говно, — сказал он, умышленно педалируя. — Я в этом уже убедился (это было правдой, что с того, если и не совсемполной). — Общество слепых и глухонемых. Или самонадеянные юнцы с улицы, или выкинутые и обиженные пенсионеры...

Месников на глазах оживлялся. Виктор Евгеньевич продвинулся дальше, постепенно разгоняясь:

— Хочешь не хочешь, но приходится признавать реальность, — повторил он Месникова. — Она в том, что за Батькупростые люди... Чего же на него катить за то, что он простоват? Политик, тем более глава государства, должен вести туда, куда хочет идти народ... Что злопыхать и умничать? Прошлепали выборы, теперь пыхтят, все им не так. Ну пацаны еще ладно, но старперы — туда же! Им-то кто мешал себя проявить?..

Подстраиваясь к Месникову, Виктор Евгеньевич, конечно, лукавил, но не совсем. Он ведь и действительно приблизительнотак думал.

— Я даже написал обо всем этом статью. Пора, наконец, расставить акценты и посмотреть правде в лицо...

— Вы даже не представляете, — Владимир Михайлович из-за стола встал, — как сегодня намэто нужно! — подойдя к шкафу у стены, он отодвинул стекло и порылся в бумагах. — Между прочим, у меня к вам и конкретная просьба есть. Уже, так сказать, в новой должности.

— Ваша просьба — для нас приказ, — шутливо щелкнул каблуками Виктор Евгеньевич. Чтобы так, с первого раза, продвинуться, он и мечтать не смел. Хотя и надеялся.

— Ладно вам!.. Приказ... Надо бы папку изготовить. Президентскую. С новым флагом и гербом на обложке. Тираж, правда, небольшой... Но сделать ее надо так, как можете только вы. Чтобы понаряднее была, может быть, даже с золотым тиснением... Сами понимаете...

— Ну да, лицо государства, — Дудинскас вспомнил Родченко.

— Это конечно. Но мне это необходимо еще и для того, чтобы как-то повернуть его в вашу сторону, обратить, так сказать, позитивное внимание, — снова перейдя на шепот. — Мне кажется, емусейчас это даже важнее, чем вам. Не хватает поддержки... Тем более если вы написали статью...

— По такому поводу выполним даже многоцветный конгрев, — сказал Дудинскас, тут же пояснив: — Это технология такая: тоже тиснение, только выпуклое, у нас пока нигде не применялась.

Надо ли говорить, что ответственный заказ был исполнен в режиме «молния». Правда, Гоша Станков поначалу взвился:

— Не буду делать! Противно шестерить...

— Если кому-то не очень нравится президент, — твердо сказал Дудинскас, — это вовсе не значит, что врачи не должны лечить, повара могут не готовить и в государстве не должно быть профессионально выполненной представительской продукции.

Довод сработал, и неделю спустя Дудинскас уже сидел в приемной, нетерпеливо дожидаясь Месникова. Получив готовую папку и, не доверяя своему вкусу, тот сразу собрал целый консилиум, пригласив и Павла Павловича Титюню, и только выслушав общие восторги, отправился на пятый этаж — продвигать «Артефакт», демонстрируя его продукцию.

Вернулся он без папки и обескураженный:

— Получилась лажа.

— Кто делал? — растроганно спросил БатькаГлавного Координатора, увидев лакированную обложку с «попугайчиком», как прозвали в «Артефакте» цветастый герб Республики, который в цветном тиснении был похож на какаду.