Поскольку проблема заслуживает чрезвычайного внимания, прошу с участием МВД, КГБ, Минфина, Центрального банка, Сбербанка, Спецзнака, Госархива, Администрации Президента и других заинтересованных обсудить данные предложения на совещании в Совете Министров Республики в месячный срок, до 12 декабря и принять соответствующее решение с учетом недопущения монополизма и эксклюзивных прав в этом вопросе.

Главный Координатор В. М. Месников»

Прочитав резолюцию, Георгий Викторович принялся рассматривать герб. Даже достал из стола увеличилку. Про Единый документооборот он услышал впервые.

— Ты что, действительно собираешься этим заниматься? — спросил, наконец, Станков.

— Я? Нет, — сказал Дудинскас. — Ты, я думаю, тоже.

— Тогда к чему вся эта комедия?

— Отвлекающий маневр. И потом... Нам же нужна лицензия.

Получив предложение Дудинскаса с резолюцией Мес-никова, никакого совещания Степан Сергеевич Лонг проводить не стал. В работе он не мальчик, Владимира Михайловича знает добрый десяток лет, читать его резолюции давно научился. Поэтому бумаги он переслал прямо «защитнику отечества» Галкову, «деловые» качества которого тоже знал.

И точно в назначенный Месниковым срок — 12 декабря — Лонг получил от Галкова ответ, что информация(это он специально обозвал предложениеДудинскаса информацией)«Артефакта» рассмотрена на совещании, которое пришло к выводу, что с функционированием документооборота в народном хозяйстве Республики все вполне благополучно.

«Вместе с тем, — писал защитник государственных интересов Галков, — следует отметить актуальность поднятых вопросов, для решения которых необходима выработка единого подхода».

Далее Галков предлагал «создать в Республике координирующий орган», который «определит комплекс мер».

Прочитав эту ахинею, Степан Сергеевич Лонг обратил внимание на слово «информация», понял, что «Артефакт» пробросили, и украсил ответ Галкова предписанием в месячный срокпредставить конкретныесоображения по созданию координирующего органа,«использовав предложенияи наработки "Артефакта", а Дудинскаса пригласил на личную встречу.

Про проволочки с лицензией Дудинскас обронил мимоходом.

Степан Сергеевич удивился, что у такой солидной фирмы такие мелкие проблемы. И тут же позвонил Галкову.

Григорий Владимирович в обычной для него манере отрапортовал, что проблем нет.

Лонг вопрошающе дернул подбородком. Но Дудинскас уже раскрывал перед ним, уже листал толстенную папку переписки.

— Это неправда, — довольно резко сказал Лонг в трубку. — Проблемы есть, а нет как раз лицензии.

Дудинскасу было слышно, как Галков в ответ быстро затараторил про то, что, видимо, он не до конца в историю въехал, потому что последнее время очень занят государственнымиделами.

— Так вот, — сказал Лонг в трубку, — я все же попрошу вас изыскать два часа времени, чтобы собрать всех заинтересованных и, наконец, въехать.Иначе эти два часа вы проведете у меня в кабинете, и мы будем въезжатьвместе.

— Дело в том, что у них проблемы... — дальше Галков, видимо, перешел на шепот, и Дудинскас не расслышал.

— С какими еще органами? —спросил Лонг. И, повернувшись к Дудинскасу, снова вопрошающе вскинул подбородок.

Виктор Евгеньевич недоуменно пожал плечами.

Ровно через час он уже показывал образцы продукции и рекламный буклет Дубинок председателю КГБ генерал-полковнику Горову, его давнему и хорошему знакомому, в кабинет которого он попал, разумеется, не сам по себе, а по просьбе Лонга.

В ходе их беседы в голову Дудинскасу и пришел решающий довод:

— Ценные бумаги «Артефакт» производит? Секретами технологии наши люди овладели? А вот подписки о неразглашенииони не давали! Потому что некому: режимно-секретного отдела у нас нет, допуски никто не оформляет.

Генерал-полковнику ход мысли Дудинскаса показался правильным.

— Да, — сказал Горов решительно. — Государственные секреты надо охранять. Пишите ходатайство. — Тут он засомневался: —Прецедента, правда, не было. Правильно ли поймут? — Помолчав, продолжил, как бы сам себя уговаривая: Ну и что, если частная фирма? — Потом решительнее: — Даже тем более. Мы вот вас закроем, а носители секретной информации расползутся, — совсем решительно: — как мандавошки. —Встревоженно, с профессиональной озабоченностью: — Потом их выковыривай... — И дальше, как бы подводя итог: — Так что пишите заявку... — После паузы, засомневавшись: — Или... — Доверительно: — Может быть... — Совсем проникновенно: — в виде сигнала?Сами на себя, а? — Утвердительно: — Да. — Окончательно решившись: — А мы отреагируем.И примем меры. Будем считать, что сигнал нам уже поступил. — Генерал-полковник Горов рассмеялся: — Кто-то на нас с вами стукнул.Вы не знаете, кто бы это мог быть?