— Окорок, отлично приготовленный. А вот тут — ломтики вырезки, — сказала сестра сида. — Попробуй.

Ну же! Что не так? Почему они так жадно смотрят, как я накалываю кусок на двузубую вилку и подношу ко рту? Моя рука замерла на полпути.

— А чье это мясо? — бесцветным голосом спросила я.

— Ты знаешь…

«Знаешь… знаешь…» — эхом откликнулись стены шиэн. Это мясо не было плотью животного. Они подали на обед мясо своего врага.

Я уронила прибор, и вилка покатилась по столу. Глаза зафиксировали, фрагментарно, отдельными вставками, как Рейвен аккуратно режет мясо на тарелке, отчего нож противно скрипит об фарфор. Сид прямо и с вызовом взглянул на меня.

«Да, я такой. Вот кто я. Смотри, и не отворачивайся», — говорил его взгляд.

— Где он?! — спросила я. — Где фомор?

— Какой фомор? — улыбнулась мне мать сида.

Она отвечает вопросом на вопрос, издевается и играет словами. Пришлось уточнить.

— Фомор Квентин, которого вы сегодня собирались казнить, — четко сформулировала я.

— Ах, этот… Он на поверхности, под холмами его нет, — ответила она. — Как я и обещала.

— Но это… мясо. Как же так?

— Мы выполнили уговор. Он на поверхности и свободен. Но он задолжал нам. Фунт плоти, пинта крови. Он там, а его плата тут, — одарила меня Бау Аэнор еще одной улыбкой.

Она взяла в руку хрустальный кубок, содержимое которого было похоже на темное вино с южных виноградников… или на кровь.

«Спокойно. Спокойно. Они не люди». Не стоит пытаться мерить их поступки людскими стандартами. Подумаю об этом позже. Надеюсь, время еще не упущено.

— Хочу попасть на поверхность, — сказала я.

Я мельком увидела изумленные лица сидов, когда шиэн подхватил меня и выбросил на поросшем пожухлой травой склоне холма.

Я чуть не опоздала.

Холмы выкинули меня достаточно далеко от фомора. Я издали увидела снизу черную точку, и каким-то шестым чувством догадалась, что это был он. И я побежала по покатому склону вниз.

У меня не было времени рассматривать внешний мир сидов. Только холмы и долины, покрытые травой, без следов леса, а вдалеке темно-зеленая полоса деревьев, за которой скрывалось заходящее багровое солнце.

Запыхавшись, я упала на колени перед раненым фомором. Что они сделали с ним!!! Что они сделали…

Нагой, как в миг своего рождения, он лежал на боку и корчился в агонии, несмотря на наложенное наспех кровоостанавливающее заклинание.

Справа и слева на пояснице были аккуратные надрезы, через которые извлекли поясничные мышцы. Его виртуозно разделал какой-то умелый мясник… или доктор?

«Вырезка, задери вас мороки! Драная вырезка».

Глаза отказываются понимать, что за груда плоти передо мной. Блеск зачищенной с одной стороны большеберцовой кости и умело соединенные крупные сосуды, подвернутые лоскуты синюшной восковой кожи…

Его разделали задолго до ужина, и он все это время умирал здесь, на поверхности. Сиды «отпустили» его и дали ему «свободу», отлично зная, что он не сможет вернуться домой. Формально они были в своем праве, а фактически?

Проклятье!

Почему он еще был жив, хотя прошло столько времени? Внутреннее видение показало, что его Сила продолжает циркулировать, минуя вырезанные участки плоти, и образуя своеобразное, по сути еще целое фантомное тело. Он был без оков, так что Сила помогала ему продержаться. Он бы даже протянул еще некоторое время.

Я попробовала влить немного силы и поняла, что на поверхности этого мира ко мне вернулся контакт с Двуликой!!! У меня был шанс. Маленький, но был.

Надо только вспомнить то, что я вычитала в трактате о Великом Исцелении. Я не хотела потерять здесь сознание. За это время со мной и моим пациентом могло случиться все, что угодно.

Теперь я отлично понимала, почему в Академии так настойчиво добивались, чтобы маги контролировали свою Силу. Я должна рассчитать свои силы так, чтобы мне тоже хватило.

На склоне холма я стояла на коленях и молча молилась.

Я воззвала к своей богине. И Сила пришла.

Я иду, как в прошлый раз, замыкая круг.

Что за странные видения вокруг, корчатся, стонут, зовут меня и манят? Стараются отвлечь. Трава под ногами напоминает шкуру неведомого гигантского зверя, она шевелится, собирается складками, как будто мой ритуал ей мешает. Холмам не нравится вмешательство в их магию.

Тише… Тише… Шаги легче. Силы меньше и точнее. Мой танец на сей раз зависит от множества переменных, а не только от меня, пациента и Двуликой.