— У вас есть «Великое Исцеление» Мазиу в кратком изложении для студентов третьего курса? А еще «Медитации на внутренний и внешний Источник»?

— А! Я так и подумал, что госпожа студентка. А, может, ученица мага? — подслеповато щурит на меня глаза бородатый продавец.

«Возможно, скоро буду». Предпочитаю не отвечать на вопрос. После неловкой паузы, так и не дождавшись ответа, торговец предлагает еще несколько книг из учебного курса Целителей.

Мы сходимся на плате в четыре серебряных и ненужном мне кристалле памяти со стихами. Их я уже знала наизусть.

— Ну, я пойду, уважаемый. Удачной торговли.

С этим пожеланием я разворачиваюсь, чтобы уйти, и вижу у входа в лавку того самого воина, которого ненароком исцелила.

— Госпожа не торопится? — короткий кивок в знак приветствия, как равной. — Не могли бы мы побеседовать с глазу на глаз?

— Отчего нет. А в чем дело? — поинтересовалась я.

Надеюсь, он не в претензии, что я с ним поработала. Или причина другая? Выражение лица у него отнюдь не благодарное, а настороженное и напряженное.

— Думаю, нам все же стоит поговорить в другом месте.

— При условии, что место выберу я, — перехватываю я у него инициативу. — Давайте прогуляемся до гостиницы, где я остановилась. Там неплохо кормят. За ужином и поговорим.

Делаю решительный шаг в дверной проем, и воин нехотя отодвигается, освобождая дорогу. Наверное, это забавно смотрится со стороны: малявка и уступающий ей огромный воин. Мне понадобились годы, чтобы научиться этому.

Иду по знакомому маршруту обратно к гостинице, а воин движется то в кильватере, то почти в ногу со мной. Заметно, что он старается делать шаг поменьше, подстраиваясь под меня. И правильно.

В гостинице меня уже ждали. Тито как заведенный вещал про концепцию нашего выступления.

— …и потом Жико играет готан, а Астания с Северином танцуют композицию «Не разжимай объятий». Акробаты строят пирамиду в виде сердца и…

— Тито, вот разгласишь все секреты раньше времени, и увидишь на выступлении конкурентов с теми же номерами, — прервала я речь антрепренера.

— А, Твигги, это ты! Ну надо же было испортить удовольствие. Не думаю, что наши соперники прознали, где мы остановились. Но в целом ты права, не стоит раньше времени распускать язык. А кто это с тобой? Он пришел наниматься? Нам не нужен охранник, — сказал Тито и испытующе посмотрел на воина.

— Это мой знакомый, мы хотим поужинать и заодно поговорить.

Я подозвала служанку и попросила накрыть на дальнем столике в углу. Воин не торопится делать заказ.

Я ненавязчиво изучала сидящего напротив мужчину. Синие глаза северянина на загорелом лице, а вокруг глаз и губ белые морщинки. Наверное, он любит часто смеяться. Обманчиво простая кольчуга, наручи с вязью защитных рун, походные штаны и легкие ильвийские сапоги. Двуручник, предварительно сняв и повязав «ремешок мира», он уложил рядом с собой на свободный стул.

Он, в свою очередь, так же внимательно разглядывает меня.

— Итак?

— Итак. Что вы сделали со мной? — спрашивает он.

— Ничего плохого, уверяю вас, — ответила я.

Не вижу оснований врать.

— Чей вы человек? Сенуса? Зачем шли за мной?

Моя Сила сегодня явно проявляет самостоятельность. Чувствую, как сердцебиение воина усиливается, его волнение и собранность, словно перед схваткой.

— Вы ошибаетесь, уважаемый. Я не знаю никакого Сенуса, — успокаивающе сказала я.

— Вы не лжете. Странно.

Он выглядел одновременно и удовлетворенным, и раздосадованным этим фактом.

— Амулет Истины? — поинтересовалась я у воина.

Значит, он проверял, говорю ли я правду. Неприятно, но не смертельно. А при его роде деятельности это вполне обычное дело.

— Да, и одно из двух. Либо вы умело недоговариваете, либо он неисправен, — ответил он.

— Меня зовут Твигги-из-Рэнса, а кто вы? Неудобно общаться, не зная имени собеседника.

— Мариус, длань Янтрэ, — представился он в ответ.

Ого! Аналог сотника имперской армии, храмовый воин, чьи боевые навыки усилены божественной Силой, которой он посвятил свою жизнь. Про таких говорят: «Одним ударом бьет дюжину врагов».

— Так вы из Храма? — уточнила я.

— Да. А вы бойкая девчушка, разбираетесь в этом, — ответил он.

— Я вам… не девчушка. Объяснитесь, Мариус, за кого вы меня приняли?

— Слово за слово. Вы мне — что сделали со мной на площади, я — почему принял вас за человека Сенуса.

— У вас болела рука? Все, забудьте о ней. Теперь она болеть не будет, — сказала я. — А почему вам не помогли в храме Анисет? Ведь это дружественный Янтрэ храм. И, кстати, кто такой Сенус?