Удар.

Я покатился, врезался в дерево. Удар, удар, я скорчился на земле, чувствуя, как сыплются со всех сторон пинки.

– Хватит!.. – раздался запрещающий возглас, надо мной возникли Главарь и доктор. Они весело скалились, и червяк в руке доктора тоже скалился.

– Борзый, – с насмешкой сказал Главарь. – Прошу вас, док. – Сделал жест в мою сторону.

– А-а-а!.. – заверещал я. – Уберите эту гадость!..

Доктор наклонился, проворковал:

– Пациент буйный. Держите его.

Мои руки прижали коленями, схватили за ноги, повернули голову вбок.

Что-то коснулось виска, укололо неощутимо. Я снова заорал благим матом.

Потом просто матом, когда боль стала сильнее.

А потом позорно завизжал, когда червяк в руке доктора наконец распробовал меня и принялся вбуравливаться в череп.

Боль ударила, как будто раскаленным гвоздем пробило кость и мозг. Полыхнули вспышки молний, гром не заставил себя ждать, тело задергалось в судорогах, чуть не раскидав держащих…

И вдруг все кончилось.

Я понял, что валяюсь ничком и трясусь крупной дрожью. Вокруг царило молчание. Остро пахло мхом и рваной моими конвульсиями травой.

Сипло застонав, я перевернулся. Свет резанул по глазам. Потом стало темно.

Небо заслонила фигура Главаря.

– Скотина, – пробормотал я. Рядом возник доктор, что-то говорил. – И ты тоже гад.

Рука неуверенно потянулась к левому виску. Что-то попалось под пальцы – сухое, шуршащее. И по-прежнему соединенное с моей головой!..

Я взвыл от ужаса и дернул, отбросил прочь, словно ядовитую змею.

То, что осталось от цилиндрика, лежало в травах, безобидное и пустое. Оно напоминало именно шкурку змеи – серая полупрозрачная оболочка. По виску бежали теплые струйки крови. Голова болела.

Дракониды молчали.

Я поднялся, встал, шатаясь, и дракониды окружили меня, внимательно глядя. Кажется, они ждали чего-то интересного.

Что ж, я их не разочаровал…

Передо мной в воздухе полыхнул огромный белый иероглиф. Я шарахнулся прочь и только потом понял, что иероглиф этот не снаружи, а внутри – в моей голове!..

Дракониды жизнерадостно заржали. Судя по их довольным рожам, представление еще не окончилось. Вдоль позвоночника по обе стороны всадили дюжину игл, я охнул и чуть не выпрыгнул из одежды. В голове запульсировала боль, она все нарастала и нарастала, свет становился ярким, режущим.

Потом боль пропала, пришло нечто худшее. Сначала мне показалось, что я схожу с ума. Я вдруг стал больше себя самого, а потом понял, что настоящий я находится во мне, такой маленький, что я невольно его пожалел. Потом ощутил себя лишним в самом себе и захотел вырвать себя из себя. А потом я стал нормального размера, и все кончилось.

Иероглиф пылал передо мной, мир дрожал, раздваивался, но знак был виден ясно и отчетливо. И я вдруг понял, что знаю его значение.

НАСТРОЙКА.

Едва понимание пришло ко мне, как знак изменился. Теперь он гласил: ПЕРВИЧНАЯ НАСТРОЙКА ЗАВЕРШЕНА УСПЕШНО.

Побежали более мелкие знаки. И я их понимал!..

ВНИМАНИЕ!.. ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ ОБЛАДАЕТ ПРИОРИТЕТОМ «ВЕЧНЫЙ». СБРОС ПРЕДЫДУЩИХ НАСТРОЕК. ПОДГОТОВКА УСТАНОВКИ ПОЛНОГО ПАКЕТА.

ЗРИТЕЛЬНЫЙ КАНАЛ – ЕСТЬ.

СЛУХОВОЙ КАНАЛ – ЕСТЬ, – это сообщение сопровождалось шорохами и гулом в ушах.

ТАКТИЧЕСКИЙ РАСЧЕТНЫЙ МОДУЛЬ – ЕСТЬ, – промелькнули какие-то цифры, символы, все слишком быстро, чтобы я успел что-то понять.

БАЛЛИСТИЧЕСКИЙ РАСЧЕТНЫЙ МОДУЛЬ – ЕСТЬ, – вспыхнули разноцветные линии, погасли.

ТЕЛЕПАТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР – ЕСТЬ, – странный шепот на грани слухового порога, смутные образы.

РАДИОЦЕНТР – ЕСТЬ, – хруст, похожий на радиопомехи.

ЦЕНТР КОРРЕКЦИИ ФИЗИЧЕСКИХ КОНДИЦИЙ – ЕСТЬ, – кожа вспыхнула огнем, потом волнами накатился холод, боль, страх, снова жара и зуд в костях.

ФОРМАТИРОВАНИЕ ПАМЯТИ – ЕСТЬ, – замелькали схемы, какие-то списки. Я заорал было, вообразив, что мне сейчас сотрут память, но ничего подобного не случилось.

ВТОРИЧНАЯ НАСТРОЙКА ЗАВЕРШЕНА. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ВЕЧНЫЙ, – гласили буквы. ДАННЫЙ ИМПЛАНТ ПРИВЕТСТВУЕТ ВАС. ЗАПРОС.