—Правда?

—Пригнувшись к шее лошади, он скачет во весь опор, обгоняя военные отряды, весь в поту и грязи или промерзший до костей.

—И, судя по вашему тону, счастливый до чертиков.

—Ну, что-то он в этом находил, не так ли? А Лусибелл, бывшая жена почтенного члена высшего общества Мемфиса, в красном платье с маленьким пистолетом за подвязкой...

—Вы еще и романтик.

—Куда же без пистолета за подвязкой, ведь ночь за ночью она стояла за стойкой бара или играла в карты с тем, кто мыл золотишко, непременно жульничая.

—Интересно, не пересекались ли их дорожки.

—Вот так и попадаются в наши сети! — Митчелл довольно улыбнулся. — Кто знает... Джеремая вполне мог распахнуть двери ее салуна, выпить виски в баре.

—И насладиться всеми остальными предлагаемыми развлечениями в то время, как более степенная часть семейства отдыхала на веранде, обмахиваясь веерами и газетами и жалуясь на тяготы войны.

—В вашей семье были и солидные люди, и сорвиголовы. Деньги и престиж тоже не обошли стороной Харперов. — Митчелл поковырялся в бумагах, выудил ксерокопию газетной вырезки. — А также незаурядное очарование.

Роз рассмотрела собственную фотографию с помолвки. Семнадцатилетняя девушка, свежая и полная жизни.

—Я тогда еще и школу не закончила. Неопытная, наивная и упрямая, как мул. Никто не смог отговорить меня от брака с Джоном Эшби. Мы поженились в июне, вскоре после того, как был сделан этот снимок. Господи, по-моему, я здесь выгляжу так, будто мне море по колено!

—У меня есть и вырезки с фотографиями ваших родителей. Вы не похожи ни на мать, ни на отца.

—Да. Мне всегда говорили, что я похожа на дедушку Харпера. Он умер, когда я была ребенком, но, судя по тем снимкам, которые я видела, я действительно на него похожа.

—Да, я тут наткнулся на несколько. Вы очень похожи. Реджинальд Эдвард-младший родился в... тысяча восемьсот девяносто втором году. Самый младший ребенок и единственный сын Реджинальда и Беатрис Харпер, — зачитал Митч свои записи. — Женился на...

—Элизабет, урожденной Макиннон. Я прекрасно помню бабушку. Это она передала мне свою любовь к садоводству и учила всему, что знала о растениях. Мой отец утверждал, что я была ее любимицей именно из-за сходства с дедушкой. Хотите, я принесу вам чаю, травяного, чтобы нейтрализовать кофе?

—Нет, спасибо. Мне пора. У меня свидание.

—Тогда придется вас отпустить.

—С сыном, — уточнил Митч. — Пицца и спортивный телеканал. Мы стараемся встречаться каждую неделю.

—Хорошо. Для вас обоих.

—Не спорю. Послушайте, у меня есть еще кое-какие дела, и нужно подсобрать факты, но, если не возражаете, я вернусь в четверг во второй половине дня и поработаю весь вечер.

—Четверг — канун Нового года.

—Что вы говорите! — Митчелл, совершенно озадаченный, опустил глаза на циферблат своих часов. — В праздники я никак не могу уследить за днями недели. У вас, наверное, будут гости.

—Вообще-то нет.

—Тогда, если вы уедете, может, разрешите мне поработать?

—Я остаюсь дома, вызвалась понянчиться с Лили, а ее мамочку Хейли выгоняю на вечеринку. У Стеллы и мальчиков скромное семейное торжество в доме Логана.

—Если вас не приглашали на дюжину новогодних вечеринок и вдвое больше мужчин — на свидания, я съем все эти вырезки.

—Ваши цифры, возможно, несколько преувеличены, но я на самом деле отклонила все приглашения на вечеринки и свидания. Я люблю встречать Новый год дома.

—Я вам помешаю, если приеду поработать?

Роз задумчиво склонила голову к плечу:

—Полагаю, и вы получили свою долю приглашений. Полагаю, не одна женщина хотела бы встретить с вами Новый год.

—На Новый год я остаюсь дома. Моя традиция.

—Вы мне не помешаете. Если малышка не будет капризничать, мы сможем уделить часть вечера интервью.

—Прекрасно.

—Тогда договорились. — Роз помолчала пару секунд. — Я была занята. Полный дом гостей, съехались все мои сыновья. И это лишь одна из причин, почему я только сейчас говорю об этом.

—О чем именно?

—Пару недель назад Амелия оставила мне послание.

—Пару недельназад?

—Я же сказала, что была занята, — в ее голосе прозвучало раздражение. — А кроме того, я не хотела думать об этом в праздники. Я не очень часто вижу своих мальчиков и многое хотела успеть до их приезда.

Митчелл молча вытащил диктофон, подтолкнул его поближе к Роз, включил.

—Рассказывайте.

Ее раздражение усилилось, проложив глубокую складку между темными, выразительными бровями.