– Тогда поехали, - решилась Эйта.
– Тут мне все равно делать нечего.

– А у меня как раз лошадка запасная есть, как чувствовал, две в запас купил, - улыбнулся Добрыня.

– Только я на лошади не умею, - смутилась Эйта.

– Совсем?
– Добрыня был озадачен, впервые он видел человека не умеющего сидеть на лошади.

– Почти. В последний раз меня батя катал, а это давно было.

– Ладно, что-нибудь придумаем, - вздохнул мужчина.
– Пошли.

Все оказалось не так плохо, как опасался Добрыня. Эйта довольно быстро нашла с лошадью общий язык и спокойно ехала следом за ним и Ладой. За несколько дней пути, до ближайшего города Лада и Эйта даже подружились. Лада объясняла Эйте какие-то девичьи секреты, которые должна знать любая девушка, но Эйта, в силу сложившейся ситуации не знала. Учила ее одеваться как положено и о приличиях рассказывала. Колдунья же говорила о лесных обитателях, нечестии, лечебных травах и вообще колдовстве. В первом же городе путешественникам пришлось задержаться, не смотря на то что Эйта очень пыталась помочь, у Лады случился выкидыш. Лада старалась улыбаться при муже, убеждая его и себя, что это должно было случиться, что они знали, но стоило Добрыне выйти, она начинала плакать. Эйта с жалостью и утешениями не лезла, она старательно поила подругу лечебными и укрепляющими отварами и иногда просто сидела рядом.

– Скажи, - однажды заговорила она.
– А как ты поняла что Добрыня тот самый, твой мужчина?

– Не знаю, - пожала плечами Лада.
– Так вышло.

– Как так?
– не поняла Эйта.

– Это сложно объяснить, - Лада задумалась.
– Я ведь его сначала и знать не хотела. Он в дружине служил, а я слово себе дала, что никогда больше с дружинниками знаться не буду.

Эйта внимательно слушала.

– У меня где-то за пол года до знакомства с Добрыней, жених погиб, он тоже в дружине служил. И мне казалось я его любила, а вот теперь понимаю что ошибалась я. Не любовь то была. А вот Добрыню я люблю. Я умру за него, если понадобиться. Правда.

– Я знаю, - совершенно серьезно кивнула Эйта. Лада улыбнулась.

– А он настойчивый такой был. Подарки дарил. А я отказывалась.

– Почему?
– удивилась Эйта.

– А зачем же подарки брать, коли отношений не хочешь?
– назидательно спросила Лада.
– Не хорошо это. Раз подарки принимаешь, значит, человеку надежду даешь, а я не хотела.

– И он тебе совсем не нравился?

– Нравился, - шепотом призналась Лада.
– Чем больше ходил, тем больше нравился. Снмлся иногда и я снов этих так ждала, - она улыбнулась.
– Добрыня для меня на празднике как-то сапожки выиграл. Сапожки были мммм, - Лада мечтательно закрыла глаза вспоминая.
– У нас таких никто не делал.

– И ты взяла?
– с надеждой спросила Эйта.

– Нет, - Лада открыла глаза.
– Я гордая была. Потом всю ночь проплакала, потому что Добрыня те сапожки в реку закинул со злости, я же ему при всех отказала. Сапожки те потом кузнец выловил и его дочка в них ходила. Мимо моего окна специально прогуливалась и подол задирала, чтоб я видела.

– Но если он тебе нравился, и сапоги хотелось, зачем было отказывать? Можно же было взять, он бы тогда понял что ты согласная.

– Ох, Эйта, - улыбнулась Лада.
– Кабы все так просто было. Мне гордость не позволяла дать ему понять что я тоже влюбилась. И потом он дружинником был.

– И как же тогда?

– Да все просто оказалось. Ему подружка моя лучшая рассказала что я за дружинника в жизни не пойду, он ко мне пришел и сказал, что коли выйду за него, он из дружины уйдет.

– И ты вышла, - заулыбалась Эйта, догадавшись.

– Да, - Лада сияла, но потом вдруг погрустнела.
– Только вот....

– Ты сказала что умрешь за него если понадобиться, - напомнила Эйта.

– Да, - Лада не понимала куда она клонит.

– А почему ты думаешь, что он ради тебя того же не сделает?

– Он тоже так говорил, - вздохнула женщина.
– Только... больно мне, понимаешь.

– Нет, - честно призналась Эйта.

– Я люблю его и хочу чтобы он был счастлив. А какое ему счастье со мной?

– По-моему хорошее.

Лада грустно усмехнулась.

– Я не о том. Да, мы счастливы вместе, но он ребеночка хочет, я знаю.

– Быть с тобой он хочет больше, - уверенно заявила Эйта.
– Поверь мне.

– Правда?
– Лада хоть и не сомневалась в муже никогда, но слышать об этом ей все равно было приятно.

– Правда.

– А если я проклятие снять не сумею?

– Значит умрешь. А он останется. Или за тобой уйдет, - пожала плечами Эйта.

– Я не хочу чтобы он уходил, - воскликнула Лада.
– Самоубийцы же к отцу Небу не попадают.

– Знаю, - кивнула Эйта.

– За что мне все это?
– заплакала Лада.
– Не хочу я чтобы Добрыня умирал. И сама умирать не хочу. Я жить хочу. Детишек хочу, дом свой хочу. Разве это так много?

Эйта не ответила. Она не знала что ответить. А еще она очень хотела хотеть того же самого, но почему-то не хотела. Она вообще не знала чего хотела. Разве что отомстить кентаврам, да Перву, вот этого она хотела точно, а вот в остальном....

– Как себя чувствует моя любимая жена?
– зашел в комнату Добрыня.

– Хорошо, - сразу же расцвела Лада, вытирая слезы.
– Это мне?
– кивнула она на кулек в руках мужа.

– Конечно тебе, - улыбнулся тот.
– С Эйтой поделись, она наверняка такого не пробовала никогда, - Добрыня высыпал на ладонь несколько мелких леденцов и протянул девушке.

– Леденцы, - ахнула Эйта. И сразу вспомнилось как приезжал из города отец и привозил такие же сладости. И как дралась она с братьями за конфеты те и как, чаще всего, проигрывала в неравном бою и потом ревела от обиды, а утром находила конфетку у себя под подушкой и невдомек ей тогда было что мать, себе в лакомстве отказывая, отдавала его дочери.