Моя Кейт.Эти слова и ласкают слух, и звучат ужасно собственнически. Сколько времени ему пришлось откладывать, чтобы собрать сумму, достаточную, чтобы снять для нас дом? И как давно он решил просить меня выйти за него замуж? У меня вдруг перехватывает дыхание, как в тот раз, когда я упала с ограды свинарника. Пол видит мое лицо.

— Я думаю, тебе понравился бы большой город; к нему просто надо привыкнуть, — с надеждой говорит он.

Я смотрю на игольчатые желтые георгины, со всех сторон обступившие фонтан. Я никогда не хотела жить в большом городе; впрочем, если бы дело было только во мне, я, наверно, могла бы к нему привыкнуть.

— Мои сестры. Я не могу их оставить.

Пол озадаченно вскидывает голову:

— Они могли бы нас навещать. В любое время, пожалуйста.

Он не понимает. Да и как ему понять?

— Теперь, без Мамы, все совсем не так просто.

Я не могу больше стоять на месте и куда-то иду; иду так быстро, что мои юбки не поспевают за мной и волочатся сзади. Если я не могу выйти за Пола, что мне тогда делать? Меня охватывает страх. Возможно, Мама и предполагала, что я выйду замуж и уеду. Может быть, мое обещание не относится к тому времени, когда Маура и Тэсс подрастут. Маура все время говорит, что они не нуждаются в моей опеке.

Очень надеюсь, что я могу в это верить. Вот только мне сразу вспоминается предостережение З. Р. Вы — все втроем — в большой опасности.Но почему? Неужели кто-то еще знает о нашей ведьминской сущности?

Пол спешит следом за мной.

— Я знаю, это неожиданно, ведь меня так долго не было. Просто подумай об этом. Пожалуйста.

Я киваю, смаргивая слезы. Это смехотворно. Теперь он будет думать, что я — нежный цветок и трепетная лань.

Мы мчимся по саду на стук молотков. Лили отстает от нас, чтобы собрать букет для обеденного стола. На склоне холма Финн Беластра стоит на коленях возле скелета беседки и приколачивает на место половицу. С молотком вместо книги, без пиджака, он выглядит странно и непривычно.

— Это Финн Беластра, — спрашивает Пол, — сын книготорговца?

— Ну да. Он наш новый садовник. — Я повышаю голос: — Мистер Беластра, беседка получается просто замечательной!

— Рада, что я не возле твоих обожаемых цветов, ведь так? — Между его передними зубами небольшая щель; от этого улыбка кажется несколько наглой. И уж конечно, в ней не убавляется очарования. Он тянется к стопке бумаг и машет ими передо мной. — Тут все дело в том, чтобы точно следовать инструкции!

— Беластра! — окликает Пол, и улыбка Финна исчезает. — Рад тебя видеть. Я слышал, ты теперь садовничаешь? Или намереваешься отбирать мой хлеб?

— Мистер МакЛеод теперь архитектор, — спешу объяснить я и вздрагиваю от нотки гордости в моем голосе.

Будто мы уже помолвлены, и все достижения Пола автоматически озаряют меня отраженным светом.

Финн поднимается на ноги, чтобы пожать Полу руку.

— Добро пожаловать домой, МакЛеод. Уверен, учеба пришлась тебе по душе?

Пол пожимает плечами:

— Более или менее. Я проводил в библиотеках гораздо меньше времени, чем хотелось бы моей матушке и профессорам, но мне и этого хватило. Ты-то совсем другой. Кейт, я никогда не рассказывал тебе, что Беластра всегда правильно показывал любое место на глобусе? Вечно опережал всех остальных. Даже Братья никогда не могли его опередить. И так дело обстояло не только с географией. Этот парень просто гений!

— Ты меня перехвалил, — отмахивается Финн.

Пол мотает головой.

— Ты был лучшим в классе по всем предметам. Мы все тебе завидовали.

— Особенно забавно то, как вы это демонстрировали, — бормочет Финн, снова возвращаясь к своим чертежам.

До меня внезапно доходит, что, несмотря на показное оживление, молодым людям нет друг до друга никакого дела.

Пол хмыкает.

— Из бедного Беластры регулярно выколачивали пыль. Школьники — очень жестокие создания. Братья редко вмешивались, но вот твой отец… Боже, я никогда не видел его таким злющим! Он тогда преподавал латынь и однажды увидел, как мы пинаем по школьному двору книжки Беластры. Лекция, которую он прочел по этому поводу, заставила бы разрыдаться даже камни.

— Отец, если захочет, может быть очень красноречивым.

Конечно, все дело в книгах. Я думаю, он не был бы и вполовину столь красноречив, если бы мальчишки пинали самого Финна.

Пол надавливает на каркас беседки, как бы проверяя его на прочность.

— Я удивлен, что ты не в университете, Беластра. Тебе там самое место. Я-то, по большей части, просто шатался по городу.

Финн улыбается нам поверх чертежей:

— Кто-то сказал бы, что это ты не понял самой сути университета.