Сделав свое дело, Чужак направился дальше к шоссе, где, услышав стрельбу, уже паниковали двое оставшихся в живых бандитов. На этот раз Чужак или не захотел, или просто поленился снова менять облик. Увидев приближающегося громилу, бандиты вскочили в машину и резко рванули с места. Машина понеслась по шоссе, но на первом же повороте вылетела с дороги и врезалась в столб.

Чужак пошел в сторону аварии и не заметил, как на все это смотрит пришедший в себя хозяин разбитой машины.

Проснувшись и позавтракав, Сергей и Маша отправились дальше и уже без остановок добрались до славного озера Селигер, где и намеревались провести весь свой отпуск.

Первым делом они заехали к Петровым. Родион Николаевич был старым другом Сережиного отца и знал Сергея с пеленок. Судьба забросила его на Селигер, и Быковы навещали Родиона каждый год, проводя на озере все свои отпуска. Отец Сергея был заядлым рыболовом и эту страсть передал сыну с генами. Но обучил Сергея всем премудростям рыбной ловли именно Родион Николаевич, или, как его сейчас называл Сергей, дед Родион.

Родион Николаевич был старше Сережиного отца почти на пятнадцать лет. Но разница в возрасте совершенно не мешала им дружить. Когда родился Сергей, Коле, сыну Родиона Николаевича, было уже двадцать пять, он уехал после института по распределению на Урал, где и осел. Так что внуков Родион Николаевич с Надеждой Сергеевной видели всего раза два. Между тем, дедовские чувства крепли, и поэтому, когда родился Сережа, он был воспринят Петровыми как собственный внук. Маленький Сережа до поры до времени тоже так считал. Когда Петровы уговорили Быкова-старшего отправить Быкова-младшего на летние каникулы на Селигер, довольны были все. Тем более что родных дедов и бабок у Сергея не было: война проклятая.

Короче, можно считать, что Сергей вырос на побережье Селигера и считал его своими родными местами.

День приезда превратился в праздник. Тут же был накрыт стол, дед Родион достал заветную бутылочку, и обед, прямо скажем, затянулся. После чая мужчины вышли на крыльцо. Дед Родион начал хвастать:

— А я себе тоже «Оку» купил. Да. В сарайчике пока стоит. Вчера чехлы новые приобрел, покраше твоих будут.

— Ишь, расхвастался! — Мужики не заметили, как на крыльцо вышла Надежда Сергеевна. — У нашей клячи хомут поярче! Купил развалину ржавую и доволен.

— Цыц! Развалину! Понимала бы что! Мне Санек обещал ее до ума довести, лучше новой будет.

Сергей развеселился.

— Как доведет, мы с тобой гонки устроим. Почище «Формулы-1» будет!

Надежда Сергеевна прервала веселую беседу:

— Сереж, я у тебя спросить хочу. Генка Фомин, ну, ты должен помнить, еще в футбол вы его все время на ворота ставили, так вот он человека задавил. Насмерть. Что ему будет-то, а то ведь мать жалко, сил нет!

— Ага. Генкину мать жалко, а мать убитого нет.

— Не лезь, дед. Скажи, Сереж, что ждать-то?

— Это от многого зависит. Был ли пьян, например.

— Ну как теперь это узнаешь…

— Экспертиза была?

— Нет, экспертизы не было.

— Да я тебе без всякой экспертизы скажу, — снова встрял дед Родион — я его сам пытался от машины оттащить, а он хоть и пьяный, но здоровый. Разбросал нас с Саньком, сел и уехал.

— Все-таки, Сереж, что ему будет?

— Сейчас стараются за такое условный срок давать, а там еще и от судьи зависит.

— Ага, — снова вступил в разговор дед Родион, — ежели судья пешеход — может к высшей мере приговорить, а ежели автомобилист — то еще заставит родственников пострадавшего ремонт машины оплачивать.

— Уймись, старый! — Надежда Сергеевна замахнулась на мужа тряпкой. — Несешь, невесть что!

Улыбаясь, Сергей сошел с крыльца.

— Пойду-ка я на озеро, сезон открою. Где тут у вас лопата? Червей накопаю.

Спустившись к воде и забросив удочку, Сергей откинулся на спину и потянулся. Хорошо-то как! Он любил отдых в средней полосе, чувствовал себя очень комфортно и не понимал тех, кого тянет на утомительно жаркий юг. Несколько раз он с друзьями выбирался на море, но его хватало дня на три-четыре. Потом он начинал уставать от жары и однообразия пляжной жизни, от суеты многолюдья и начинал считать дни до отъезда домой. К счастью, Маша целиком и полностью разделяла его взгляды на отдых.

— Рыбак, вы не подскажете, как водичка, теплая? — послышался женский голос сверху.

Чужак шел по дороге не оглядываясь, чем снова вызывал раздражение проезжающих мимо водителей. Наконец, возле него затормозила бетономешалка. Распахнулась дверца, и из кабины выглянул шофер — кавказец.

— Здравствуй, дорогой, зачем пешком идешь? Садись, подвезу.

Чужак медленно оглядел машину и шофера.

— Что смотришь? Не нравится, да?