– Значит, ты огонь? – спросила я, пока «Lamborghini» сворачивала с лесной дороги на асфальт. Илай, улыбнувшись, кивнул.

– Ты ведь уже думала об этом.

– Да, у меня были похожие мысли. Я пыталась найти информацию в легендах индейцев. Там есть описание божества Макичи, что очень отдаленно напоминает тебя.

– «Очень отдаленно» – здесь ключевые слова, – покачал он головой. – В этих легендах правды не больше, чем в изображениях. Ты видела, какой хобот они пририсовывают мне?!

Я накрылась ладонями, и он снова засмеялся.

– Просто поверь мне на слово, ничего похожего на правду! – сказал он, сотрясаясь от хохота.

– Я ни о чем таком не думала! – сказала я, не поднимая головы.

– Прости! – он даже не попытался сдерживать улыбку. – Меня забавляет, когда ты краснеешь.

– Наслаждайся последними моментами, я уже начала привыкать к твоим шуткам.

– Тогда берегись! – прищурил он глаза. – Наслаждаться я люблю по полной программе!

Наш дружный смех наполнил салон автомобиля, и когда мы успокоились, я спросила:

– Так ты божество огня или дух природы?

– Наверное, если вкладывать в слово «божество» тот смысл, что обычно вкладывают в него люди, я определенно божество. Хотя называть нас можно как угодно, от этого смысл не меняется. Мне больше нравится считать нас представителями стихий.

– Значит, ты не сам огонь, а его, так сказать, ответственное лицо?! – вопрошала я.

– Верно, – улыбнулся он.

За окном проносился бесконечный лес, словно абстрактная декорация к фантастическому фильму, в котором я оказалась в главной роли. Я вспомнила, как еще с утра мы сидели под деревом и Илай с горечью в глазах сказал: «В какой-то момент мне действительно показалось, что если я уйду, то будет лучше. Потому что есть вещи, очень сложные вещи, которые я не могу изменить…»

Огонь и вода… Я повернулась к Илаю с вопросом, из-за которого мое сердце сорвалось с места.

Он помрачнел, под скулами загуляли желваки. Машина замедлила ход и остановилась у обочины. Илай повернулся ко мне и поправил прядь волос.

– Хочется смотреть на это как на вопрос, на который мы найдем ответ… Я верю, что найдем. А проблема в том, что есть кое-кто, кому очень не нравится, что мы вместе, – в его голосе сквозила печаль.

Всё, что я хотела видеть перед собой, – его лицо, хотела купаться в сияющих глазах, растворяться в объятиях и чувствовать жар внутри, когда он целует меня. Для меня не имело ни малейшего значения, нравится ли кому-то наш союз. Я желала его любви больше всего на свете, Илай нужен мне как кислород.

Он взял мое лицо в ладони и придвинулся ближе, вроде бы задумываясь, а стоит ли, а потом поцеловал. Его опять нежные пальцы нырнули в волосы, словно в океан цвета золотистой корицы. От него восхитительно пахло, так что щекотало в груди. Столь знакомый жар начался с приятного, согревающего тепла, затем словно моя собственная температура стала стремительно расти, а я начала закипать. Илай рывком отпрянул от меня. Я открыла окно и подставила лицо холодному ветру, делая глубокие вдохи.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он.

Я кивнула.

– Что это было?

– Первое свидание наших стихий, – напряженно произнес он.

Я сглотнула, смачивая пересохшее горло.

Илай уставился на дорогу, сжал губы и нажал на газ. Дорога зашипела под колесами машины, словно дикая кошка…

Я зашла в дом и упала в кресло, всё еще ощущая слабость. На столике напротив лежала стопка учебников. Через несколько месяцев я закончу школу и уеду, а что будет с нами? Сердце сжалось в комок, как побитый бездомный пес.

Илай тепло улыбнулся.

– Впереди у тебя много всего, но уехать ты не сможешь, даже если захочешь. В некоторой степени туаты – рабы своего призвания. У нас не всегда есть выбор.

Я непонимающе смотрела на него.

– Для тебя главная задача сейчас – научиться управлять силой.

За два дня моя привычная жизнь, цели, к которым я так долго стремилась, потеряли смысл. Я была в полнейшем смятении. В голове произошла революция, полностью дезориентировав меня.

– Ты уверен, что я одна из вас? Если бы это было на самом деле так, то у Мардж в доме не осталось бы ни одной целой трубы. Она меня всегда злила, – произнесла я.