– Я поджарю твои яйца на каменной сковородке! – рыкнул Илай.

Внезапно его отбросило в сторону сильнейшим потоком воздуха. Они с Нитом устремили удивленный взгляд в противоположную сторону, и я обернулась. По поляне, грациозно дефилируя, ступала хрупкая маленькая девушка в воздушном белом платье. По плечам струилась копна длинных медно-рыжих волос. Из-под сердито нахмуренных бровей смотрели голубые глаза, гневно смиряющие их взглядом.

– Вы что ополоумели?! – прошипела она, сжав губы в тонкую нитку.

– И мы тебя рады видеть! Хотя я очень удивлен, что ты решилась покинуть обитель, – произнес Илай, сложив руки вместе и закатив глаза кверху.

– Что вы устроили здесь, вас могли увидеть! Я уже молчу о том, что вы не имеете никакого права разбазаривать силу! Это не правильно! – сказала она, тряхнув головой.

– Неправильно все эти годы любить этого лысого дегенерата, – ухмыльнулся Илай, указав на Нита пальцем.

Девушка перевела взгляд на Нита, и ее глаза сначала расширились, а потом – сузились, и она медленно повернула маленькую головку в сторону Илая.

– Он сам попросил меня!!! – по-детски пожал плечами он.

Она гневно выбросила вперед руки, выпустив мощный поток воздуха. Илай, словно тряпица, отлетел в сторону. Он играючи поднялся и указал на нее пальцем, склонив голову на бок:

– Не вынуждай меня, Джордана!!!

Джордана недобро улыбнулась и направилась в их сторону, с легкостью пересекая горную речку. Вода едва доставала до середины голени. Остановившись прямо на берегу, она стала накручивать на палец локон волос, впереди появился маленький торнадо. Он становился больше и больше, вбирая в себя камни и щепки. Илай хотел переместиться, но его ноги приросли к земле в буквальном смысле. Он раздосадованно покачал головой. У меня вырвался вздох возмущения: значит, дурачились оба, а виноват Илай?! К тому же двое на одного!

Удивление отступило, и меня поглотила ярость. Внутри разбушевалась стихия. Мной завладело жгучее желание остудить пыл рыжей. Торнадо достиг уже ног Илая, когда я метнула взгляд на Джордану, сжав от злости зубы. Внезапно вода в реке поднялась, осушая каменистое дно, и, словно кобра, танцующая под дудочку заклинателя, нависла над девушкой. Я открыла от изумления рот, почувствовав, что это – творение моих рук. Вода на мгновение стала неотъемлемой частью меня, как если бы это была моя правая рука. Гнев смешался с удивлением, внимание рассеялось, и тонны ледяной воды рухнули на Джордану. Торнадо сразу исчез.

Она сделала глубокий шумный вдох, вода потоками струилась вниз. Мокрая насквозь одежда и волосы облепили ее, как кокон. Джордана, следуя за взглядами Илая и Нита, устремленными на меня, повернула голову. Ее рот приоткрылся, как мне показалось, от возмущения. Лицо Илая сияло, как полная луна в ночном небе, он издал ликующий крик.

– Ты – чудо! – восторженно произнес он, очутившись рядом со мной. – Вы это видели?! И это при том, что Лила даже ни о чем не подозревает!!!

О чем не подозреваю?!

– Ты нашел ее! – закричала она и бросилась в нашу сторону. Меня?!

Она обняла меня, затем его и снова меня. В ее глазах было море теплоты и радости, хоть купайся в них. К нам присоединился Нит и стал рядом с рыжей, почесывая лысую голову, испачканную сажей. Илай смерил поджаренного Нита и насквозь мокрую Джордану взглядом и, не выдержав, засмеялся.

– Да, вы еще та парочка! – покачал он головой.

Я отступила на шаг. В голове была уже полная неразбериха. Мой взгляд напористо изучал Илая. Мне требовалось объяснение.

– Что всё это значит?!

– Мы все обладаем особой силой, – опередила его Джордана. – Илай – огонь, Нит – земля, я – воздух, а ты – вода, – сказала она, указывая на мокрые волосы.

– Я – кто?! – поиск разумного и рационального в моей жизни прекратился еще несколько дней назад, но я все-таки не могла поверить в ее слова.

– Ты скоро поймешь, – бросил Илай своим непринужденным тоном. С его слов всё было проще, чем казалось.

– Я объясню.

Илай протянул мне руку. Затем он повернулся к друзьям и произнес тоном, не терпящем возражений:

– Возвращайтесь!

Нит недовольно скривился:

– Мне тут нравится. Я остаюсь!

Илай метнул на него недовольный взгляд, а Нит проворчал:

– Считай это моральной реабилитацией за полученные травмы.

– Мы поговорим с тобой позже, – сказал Илай, не оборачиваясь на него, и мы ушли.