– Лила, пора остановиться, – прохрипел он невнятно.

Его пылающий взгляд говорил об обратном. Запах Илая, словно наркотик, затуманивал сознание, опьяняя меня. Он не хотел останавливаться, я не хотела. В нем было что-то такое, да буквально всё – взгляд, запах, движения, голос, – от чего у меня срывало все вентиля.

– Я думала, эта фраза принадлежит мне! Так к чему это благородство?! – мои руки всё еще лежали на его груди.

– Ох, это точно не обо мне, – произнес он, шумно выдыхая. – Это невозможно физически…

– Хорошо, – согласилась я, – еще один поцелуй… – и прошлась языком от мочки уха к нижней губе, и потянула за нее зубами.

Илай закатил глаза и издал протяжный вздох. Радужки вспыхнули ярко-оранжевым, тело источало едва уловимый бронзовый свет. Он сжал пальцы вокруг талии, приподнял меня вверх, над собой. Я обвила ноги вокруг его спины, одной рукой придерживаясь за плечи, другую запустила ему в волосы. Илай толкнул ногой дверь и понес меня в спальню. Мы не на секунду не прекращали целоваться. Его сбивчивое дыхание, обжигающими потоками врывавшееся внутрь, сводило с ума. Нежно придерживая, он уложил меня на кровать. Продолжая целовать меня, Илай спустился к животу, прошелся языком по коже вокруг пупка. Я задышала шумно и неровно.

– Скажи чтобы я остановился! – прохрипел он.

Всего один поцелуй зашел слишком далеко. Основная проблема была в том, что я не хотела его останавливать. Не могла. Я потянула его к себе. Руки Илая поползли по спине, замок лифчика, словно ожидая команды, с легкостью открылся, затем он заправил ладонь в задний карман моих джинсов и притянул к себе.

Входной звонок гневно зазвонил пять раз подряд. Илай скривился.

– Я никого не ждала, – тяжело выдохнула я.

– Это Нит.

– Он что – следит за нами? – мои губы всё еще пылали, ощущая на себе последнее мгновение поцелуя.

– Получается так.

– Но зачем?

– Нит боится, что ты долго не проживешь рядом со мной.

В груди что-то екнуло, но я постаралась отогнать тревожное чувство в сторону. Мозг элементарно отказывался видеть в нем угрозу.

Кончики пальцев, ощущая жар, очертили его подбородок.

– Мне кажется, Нит напрасно переживает.

– Как бы мне хотелось в это верить, – он поднял голову. Темные пряди небрежно упали на лицо. – Неизвестно, что бы произошло с тобой, если бы Нит не пришел сейчас.

Я озадаченно смотрела на него. Ресницы Илая подрагивали от напряжения.

– Прости. Нужно было сразу рассказать тебе, – сказал он с виноватым выражением лица.

– Что рассказать? – во мне встрепенулось неприятное предчувствие.

Словно очнувшись от наваждения, я поспешно натянула майку. В голове стало проясняться.

– Природа взаимодействия наших стихий проста, наши сущности подавляют друг друга. Огонь и вода – несовместимые вещи, – вздохнул он.

Меня словно огрели чугунной сковородой по голове. Я обхватила колени.

– Значит, мы не можем быть вместе? – волна вязкого страха медленно, но уверенно забиралась в сознание.

Взгляд Илая стал чернее грозовой тучи. Он потер висок и вздохнул.

– Должен найтись какой-то выход. И потом, – улыбнулся он, – если мы хотим, чтобы человечество прожило на планете еще немного, у нас элементарно отсутствует выбор. Я больше не собираюсь проводить эксперименты с вулканической активностью.

– Звучит обнадеживающе, – на моем лице отразилась вымученная улыбка. – Как же эту проблему решали до нас?

– Не было никого до нас. Таких, как мы, вообще не существует. Пары образуются по принципу единой силы: вода к воде, воздух к воздуху. Очень редко случается, но не приветствуется, когда их составляют взаимодополняемые туаты, как-то: земля – вода или огонь – воздух. Пары из туатов, нейтральных к силам друг друга, – под негласным запретом. Но таких, как мы, никогда не существовало прежде.

Я вся сжалась и тяжело вздохнула, сглатывая защекотавшие нос слезы. По дну души поползло гадкое чувство безысходности.

Илай притянул меня к себе.

– Мы что-нибудь придумаем, – сказал он уверенно.

Обхватив его руками, я прижалась щекой к груди. Илай нежно поглаживал волосы. Наше дыхание звучало почти в унисон, нарушая тишину комнаты. Мы пытались понять, что делать дальше.

Дверь затряслась под мощными кулаками Нита, угрожая слететь с петель.

– Он действительно твой лучший друг?