По сути дела, я думал о Приятеле и наших взаимоотношениях с ним все те полчаса, когда убирал квартиру. Приятель сам возвестил о том, что он окончил анализ данных, издав звуковой сигнал. Мне показалось очень символичным, что он раздался в тот самый момент, когда я закончил уборку и намеревался сам посетить Приятеля в его комнате. «Может быть, он теперь способен видеть на расстоянии?» – высказал я мысленное предположение. Тем не менее я решил, что если буду рассуждать подобным образом дальше, то у меня может совершенно «съехать крыша» и я не смогу достойно продолжить свое расследование. Поэтому, сказав себе «стоп», я с холодным и трезвым рассудком приблизился к Приятелю и начал читать список владельцев «белых шестерок».

Оказалось, что владельцев этого вида транспорта с наркотическим номерным знаком в Тарасове насчитывается всего около ста шестидесяти. Из них тридцать шесть человек имеют автомашины, в номере которого присутствуют цифры 2, 5, 0 и 0. Приятель, однако, выделил специально для меня номер Л205873СД автомашины ВАЗ-2106, принадлежащей некоему Гаврюхову Борису Николаевичу. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить директора компьютерной фирмы «Вест» Александра Гаврюхова, брутальному обаянию которого я некогда поддался. Судя по всему, «шестеркой» с подозрительным номером обладает его брат Борис. Произведя несложные логические операции, я тут же попросил Приятеля назвать мне домашний адрес господина Бориса Гаврюхова. Получив его через пять минут, я быстренько вышел из дома и завел свой «жигуль», взяв курс на дом Гаврюхова-младшего. Может быть, конечно, номинально и старшего, но уж наверняка младшего по социальному статусу. Особенно если учитывать адрес, выданный мне Приятелем – жил брат директора «Веста» в Заводском районе.

В квартире на улице Пензенской меня встретили настороженно. Борис Гаврюхов оказался неуклюжим высоким парнем лет двадцати шести. Я уже не сомневался, что он действительно является Гаврюховым-младшим во всех отношениях.

– Ну что ж, заходите, – вздохнув, сказал Борис, когда я представился и объяснил цели прихода. Впустив меня в квартиру, он высунулся на лестничную площадку и непонятно зачем осмотрел нижний пролет.

– Что, у брата опять проблемы? – спросил он.

– Если ваш брат ездит на вашей машине, то возможно, проблемы у него появятся, – ответил я.

Борис состроил недоуменную мину и поведал мне, что его машина в настоящий момент находится на станции техобслуживания, где ее активно чинят.

– А вообще-то он на ней никогда не ездит и, я так думаю, что никогда и не будет ездить. У него же «Ауди», куда нам со своей разбитой «шестеркой»... Я уж думал, что вы по поводу денег, – несколько облегченно произнес Борис.

– Каких денег? – насторожился я.

– Вам, наверное, лучше знать, если вы частный детектив. Вы передайте ему, что пускай он разруливает свои проблемы сам – у меня нет денег, чтобы брать на себя его обязательства. У него сперли полсотни тысяч баксов, а я, видите ли, должен отремонтировать свою машину и продать ее, так как ему не хватает, чтобы расплатиться с кредиторами. Наверняка просто не хочет вынимать деньги из других источников.

По тону Бориса было видно, что он явно не желает продолжения нашего разговора. Спросив на всякий случай, где находится станция техобслуживания, я удалился, пожелав брату директора «Веста» всего доброго.

Возвращаясь из Заводского района по улице Чернышевского и глядя время от времени в стекло заднего обзора, я заметил, что за мной явно пристроилась красная «восьмерка». Решив это проверить, около мясокомбината я свернул налево, намеренно нарушая правила движения, ибо гаишников вроде бы рядом не наблюдалось и на большой скорости понесся вверх, в направлении стадиона «Спартак». Я успел рассмотреть, что «восьмерка» пыталась повторить мой маневр, но не очень удачно. Было столкновение или нет, я заметить не успел, да в принципе, это было уже для меня неинтересно. От слежки я оторвался.

Мне надо было ехать домой. Был уже вечер, около девяти часов. Однако я решил сделать некий «финт ушами». Припарковав свою «ноль-первую» на стоянке в двух кварталах от моего дома, я пошел туда пешком, причем проник к себе со стороны двора, с параллельной улицы, ободрав левую руку при преодолении препятствия в виде забора. Следует заметить, что мои неприятности, связанные с забором, не кончились. Проделывая обратный путь, по закону подлости, я умудрился ободрать еще и правую руку.

Дома я общался с Приятелем. Прослушав резидентно о посещении Гаврюхова, он принял информацию к сведению, и курсором предложил мне проверить следующий вариант: белая «шестерка» Л205073СД, принадлежащая некоему восточному человеку по имени Салман Гудугов. Помимо адреса этого самого Гудугова, Приятель дал мне совет съездить к Меньшовой и спросить у Ирины, не знает ли она этого человека.

Я несколько удивился, но распоряжение Приятеля выполнил. Где-то в десять часов я позвонил в квартиру директора салона красоты, и мне тут же открыли дверь. Людмила Петровна не в пример сегодняшнему утру была спокойна и дружелюбна. И это несмотря на то, что в ее квартире я застал криминалиста всех времен и народов Дмитрия Живосалова, а они оба, как известно, терпеть друг друга не могут.

Я попросил, чтобы Меньшова позвала Ирину, и остался ждать в прихожей.

– Ирина, вам знакома такая фамилия как Гудугов? – спросил я. – Этого человека зовут Салман, у него есть автомобиль, белая «шестерка».

Я заметил, что мой вопрос прозвучал как бы вразрез с настроением Меньшовой, так как почему-то она вдруг нахмурилась и начала производить какие-то нервные движения лицом.

– Кажется, нет, – сказала Ирина после некоторого раздумья. – А почему это вас интересует?

Я не стал врать и заявил, что Салман Гудугов подозревается в похищении Сергея Авдонина, которое произошло сегодня утром.

Меньшова нахмурилась еще больше и вдруг жестко сказала:

– Я так понимаю, что вы переключились на поиск тех, кто похитил этого самого Авдонина, а о нашем деле забыли... Я не понимаю, с чем это связано, Валерий Борисович...