Шрифт:
– Акимуды предаются церковной анафеме.
Посол застыл перед телевизором. Наутро он тайно встретился с главой православной церкви. Разговор шел с глазу на глаз.
– Ты кто? – спросил Патриарх Посла.
– Я – Посол, – ответил Посол Акимуд.
– Ты какое имеешь к нему отношение?
– Когда-то я написал и исполнил его роль, – объяснил Посол.
Патриарх посмотрел на него с недоверием:
– Докажи!
– Как?
– Сделай чудо!
– Еще не пришло время.
– А когда придет?
– Скоро.
Патриарх вздрогнул:
– Что ты хочешь сделать на земле?
– Хочу, чтобы у всех была одна и та же религия. Для этого и приехал в Россию. Я думаю о создании новой религии, с новыми символами.
– Зачем тебе новые символы? – Удивленным взглядом Патриарх смотрел на Посла. – Посмотри на православие. Разве его не достаточно? Сделай его мировой религией, и тогда ты будешь еще более велик.
Посол промолчал.
– Ну, пожалуйста! – сказал Патриарх.
– Православие запачкало себя связью с государством.
– Все запачкались, каждый в свое время.
– Ладно, я подумаю, – сказал миролюбиво Посол.
О чем они говорили за закрытыми дверями, прессе не сообщили, никто не знает, но Патриарх забыл о своем проклятии и через неделю похвалил Акимуды по второму каналу.
Клара Карловна призналась в кровати Куроедову, что она любит бога во всех видах…
– Жареный, пареный… – плевал в потолок Куроедов. – Тебе хорошо со мной? Возьмешь меня на свои Акимуды? Это в какой части света?
– Мне с тобой зазнобно, – нежно кивнула Клара Карловна.
Она предрекла, что на земле скоро будет новый единый бог.
– Ну да, куриный бог, – играл ее локоном Куроедов, – с дырочкой посредине.
Консул смерти смерила его взгядом:
– При твоей фамилии тебе только и выбирать куриного бога!
«Нет, все-таки не зря проливалась кровь невинных младенцев», – подумал я, слушая признания влюбленного Куроедова.
– Акимуды и русские дети, – покачал головой Куроедов. – Эти весельчаки что-то темнят. В чем тайна интереса акимудского посольства, особенно научного советника, к русским детям? Меня это очень напрягает.
– Подключите Америку.
– Америка настороженно следит за развитием отношений между Россией и Акимудами. Уличенный в атеизме, Джон накатал депешу, которая привела Белый дом в замешательство: «Если Акимуды будут с ними, никто не поручится, что мы не потеряем наше стратегическое положение в мире». «Мы, конечно, друзья России, но всетаки не до такой степени!» – пробормотал президент США. Американский президент не хочет иметь дела с сильной Россией, – продолжал Куроедов. – Он играет на детской теме. Америка хочет доказать, что Акимуды воруют русских детей для «зарядки своих батарей» и Россия сама идет на это.
– А на самом деле?
– Россия нарывается на скандал. Ты знаешь масштабы детского секса в России? Они приехали сюда сосать детскую кровь!
– Это тебе Клара Карловна доложила? Да врет она! Они – не звери.
– Это их природа! С подачи американских спецслужб, которые стремятся к разрушению российско-акимудского союза, отношения между Россией и Акимудами резко ухудшаются.
– Вы все больны антиамериканизмом на всю вашу глупую голову! – завопил я. – Америка! Я сто раз был в Америке! Это самая миролюбивая страна в мире!
– Вот и Главный имеет к Америке странную слабину… – помрачнел Куроедов. – Впрочем, я тоже…
Куроедов пригласил Клару Карловну в подпольное подмосковское казино. Карлица на выходе по недоразумению была принята полицией за малолетнюю проститутку. Патруль, скрутив ей руки, вывел ее из здания. Клара Карловна жалобно захихикала.
Куроедов твердо сказал ментам:
– Отставить!
Садясь в машину к Куроедову, Клара Карловна сказала ему с восхищением:
– У вас вся страна похожа на подпольное казино!
Но примирение Посла с РПЦ не остановило разгневанного Главного. Поднялась газетная ругань. Телевидение окончательно сошло с ума. Началась переплавка мозгов. Куроедов превратился в законченного националиста. Даже Лядов стал склоняться к отрицанию общих ценностей. Раскол. Многие либералы перекрасились. В посольстве Акимуд тоже началось смятение.