Действительно, если снимать за каждые джинсы по пятьдесят рублей, то на миллион мы должны будем продать их двадцать тысяч. Неужели за год швейный цех не сможет поднять такой объем? Разве многомиллионная Москва не переварит такую партию? А может, на миллион уйдет всего полгода или даже пара месяцев?

– И с ментами без проблем? – Медяк зачарованно смотрел на меня.

Все-таки проблема с ментами волновала его неслабо, а тут вдруг такая возможность рубить бабло, не рискуя своей свободой. Да и с братвой можно решать вопросы бескровно.

– А это как фишка ляжет. Если ее на ментов не бросать, то и упадет она нормально.

– Самоеду такой вариант понравится, – заявил Медяк.

– А если нет? – на всякий случай спросил я.

– В принципе можно обойтись и без него. – Рыжий парень сощурился в напряженном раздумье.

А мне в принципе было все равно, кто рулил их бандой. Без разницы, с кем работать, с Медяком или с Самоедом, лишь бы люди были, которым я мог ставить серьезные и опасные задачи. Схема проста: я организую работу с товаром, эта доморощенная банда обеспечивает его продвижение и получает щедрое вознаграждение.

На эти деньги пацаны одеваются, обеспечивают себя транспортом и оружием. Чем круче они упакуются, тем серьезней к ним будут относиться и клиенты, и их криминальные покровители.

Разумеется, одних понтов мало, нужна и реальная сила. Если Самоед с Медяком не смогут поднять свою банду на серьезный уровень, то придется их заменить. Надо будет, я сам подберу подходящих людей. Для этого мне нужен будет авторитет в банде, но я уже сделал шаги в этом направлении. Не зря же Медяк смотрит мне в рот. Он уважает меня, готов работать со мной даже в обход своего Самоеда.

Легкая кожаная куртка хороша осенью, а зимой нужна дубленка. Это Самоед может ходить в мороз без шапки, в куртке нараспашку, а меня трясет от холода. Мне требуется хотя бы мое старое пальто с норковым воротником. Вернее сказать, он там пыжиковый, но с норками, которые проделала моль.

Дубленка стоит дорого. Барыге, который продает ее на барахолке, лучше отстегнуть наглым ребятам рублик, чем отдать товар, но Гена Колодяжный решил сделать мне подарок и уже занялся этим делом. Колода наехал на торговца еще вчера. Сегодня он должен забрать дубленку. Я с удовольствием приму этот презент. Пусть Самоед ревнует! Он стоит рядом со мной и ожесточенно жует жвачку.

Ситуация, надо признать, нездоровая. Вроде бы я его девушка, принадлежу ему, но при этом он никак не затащит меня в постель. Пытается, но не может. Ведь я член его банды, а это слово – мужского рода. Самоед же не трахает Медяка или Гену, которые такие же члены, как и я.

Меня такая ситуация вполне устраивала. Леша – мой кумир. Мне нравилось принадлежать ему, а вот в койку, хоть убей, не тянуло. Вроде бы и благородный он парень, этот Леша, но секс – грязное дело. И с ним, и вообще!..

Самоед хотел меня целиком, и с этим у него не ладилось. Он мог оторваться на стороне. Девчонки у него для этого были. Но Леша не поступал так еще и потому, что за нашими отношениями зорко следил Медяк. К нему вдруг присоединился Гена. Я нравилась и тому, и другому, и каждый хотел мною обладать. Уйди Самоед на сторону, любой из них мог бы предъявить на меня права. Во всяком случае, Леша всерьез так думал.

Такая вот ситуация – мне хорошо, а он в западне. И спать со мной не получается, и бросить нельзя. А вдруг я действительно стану личной подругой Медяка? Это ли не удар по авторитету Самоеда?

Я могла переметнуться и к Гене. Во всяком случае, он на это надеялся. Ему в принципе все равно, захочу я спать с ним или нет. Я для него своего рода переходящее знамя. Кто со мной, тот и во главе банды. Такое положение вещей никем не утверждалось, зато Гена, как мне казалось, рвался к власти. Я для него была ее символом.

Колода изо всех сил старался завоевать мое расположение, поэтому сейчас занимался делом. Вот он подходит к торговцу, что-то ему говорит. Тот со скорбным видом достает из-под прилавка пакет с дубленкой и протягивает ему.

А Самоед нервно жует в сторонке. Ему завидно и обидно. Он вроде бы и возглавляет бандитскую анархию, но как-то не очень у него лежит к этому душа. Леша не может отобрать у торговца его товар. Разве что чужими руками. Зато Медяк и Колода лихо скачут на бандитских конях и шашками махать не боятся.

Они умеют нагонять страх на торгашей-кооператоров, потому я и получу сейчас заветную дубленку. А там, глядишь, и отблагодарю Колоду. Разве Самоед так не думает?

Колода подмигнул торгашу, повернул к нам, и в этот момент к нему подошел какой-то мужчина в коротком пальто. Сначала он что-то сказал Гене, затем предъявил какие-то документы. Колода дернулся, выпустил из рук пакет и рванул в сторону. Но за спиной у него уже стояли двое. Они Гену и заломали, сбили с ног, скрутили за спиной руки, куда-то повели. Мужчина в коротком пальто поднял пакет с моей дубленкой и последовал за ними.