– А биографии ученых?
– уже более спокойно спросил богочеловек.

– Там же, Ваше Высочество. Я не могу понять, зачем вам понадобились работы этих прославленных мужей, когда необходимо вернуться в Венерандум, дождаться возвращения экспедиции Тиберия и с новыми силами отбить туннели копателей.

Мора почувствовала себя подлым шпионом вероотступников. Неподобающе жмется тут возле стены и подслушивает чужой разговор! Но и сдвинуться с места не может.

Что-то удерживало её.

– Я тебе уже рассказывал, Димир, - примирительно и, кажется, искренне промолвил Безымянный Король.
– Гектор рассказал мне про некую связь, что есть между работами этих людей. Что можно разгадать какую-то тайну с помощью книг!

Фырканье.

– Главарь лжепророков просто морочил вашу голову, Владыка! Поверьте, если вы сейчас не позаботитесь об отступлении, то нам всем придется очень туго. Нельзя находиться в Юменте. Нельзя!

Мора почувствовала, как колени начала бить дрожь.

– Мы остаемся в Нижнем Городе, - ответил Безымянный Король.
– И это не обсуждается. Я слишком долго доверял твоим словам, старейшина. Больше подобных ошибок я не совершу. Скройся с глаз моих долой!

Наступила такая тишина, что можно, казалось, было услышать, как бьются сердца служителя дагулов и богочеловека.

– Слушаюсь, Ваше Величество, - со всей болью мира сказал Димир.

Послышалось удаляющееся шлепанье кожаных сандалий по мрамору.

Мора, наконец, отлепилась от стены и, стараясь не уронить костяную трость, повернулась в сторону двустворчатой двери. Надо скорее вернуться в коридор, пока Безымянный Король не поймал её. Вдруг она услышала нечто очень важное? Острая тревога сжала сердце. Проклятые пальцы дрожали и не слушались, поэтому дернуть дверную ручку никак не получалось.

Ну же! Быстрее!

"С богочеловеком лучше не встречаться. Он отрежет мне ухо, как маленькому Зайну..."

Трость выскользнула из руки и с тяжелым грохотом упала на мраморные плиты. Мора вздрогнула, колени со страху подогнулись, и она потеряла равновесие. Верх и низ на краткое мгновение поменялись местами, а затем спину и затылок обожгло невыносимой болью.

– Что здесь происходит?
– Голос богочеловека донесся словно сквозь вату.

"И наплевать. Я не могу подняться. Пусть меня четвертуют, заставят пить расплавленное железо, положат в яму с хунфусе - все равно".

Из груди вырвался клёкот, а на губах запенилась слюна. Лицо превратилось в маску из пота. Скривившись, Мора пальцами здоровой руки коснулась висков и тут же их отдернула - прикосновение вызвало жгучую боль в мозгу. Ей конец. Выхода нет: лекарь слишком далеко. Да и не сможет он помочь от гнева богочеловека. Не надо было подслушивать разговор.

Над головой раздались тяжелые шаги, сопровождаемые бряцаньем медных доспехов. Затем Мора увидела перед собой Безымянного Короля: даже сквозь цепкие лапы мучений она подивилась красоте правителя Мезармоута. Он словно весь был соткан из тугих жил, что постоянно нуждались в работе. Глаза, голубые, как горный сапфир, и беспощадные, как металлические крючья демортиууса-инквизитора, полыхали неистовым огнем. Тонкие губы слегка изгибались в улыбке, как будто освещая его суровое лицо.

Безымянный Король сел перед ней, скользнул рукой по телу Моры, выискивая следы переломов, потом приподнял её голову и... положил себе на колени.

– Ты можешь говорить?
– виновато спросил он, словно был повинен в падении девушки.

Мора лишь быстро открыла и закрыла глаза. Нужно было время, чтобы успокоить сердце и огонь в спине. Еще никогда раньше она так истово не желала услышать высокий голос лекаря Сертора.

– Почему ты одна? Где врачеватель? Ты подслушивала?
– сыпал вопросами богочеловек. Он то не одобрительно хмурился, то вскидывал брови.

– Я... Я ушла...

– Откуда?

– От... от... от Сертора... Воды... я хотела воды.

Кивнув, Безымянный Король отстегнул золотую флягу, украшенную тонкой резьбой, открутил колпачок и поднес её к губам Моры. Пронзительно холодная вода обожгла рот. Мора пила медленно, наслаждаясь каждым глотком. Силы возвращались в непослушное тело. Больше не приходилось насильно дышать, заставляя легкие работать, не приходилось терпеть режущую боль под лопатками.

Богочеловек бережно, словно держал в руках бьющееся сердце, поставил флягу на пол.

– Тебе лучше?

– Да...

– В последнюю нашу встречу ты выглядела намного хуже. Синяков на лице практически не видно, нос вправлен. Еще немного времени и тебя можно будет отправить в Венерандум. Как рука?
– Безымянный Король коснулся гипса.
– Болит?

– Всё хорошо... Я... хочу встать.

– Не самая лучшая идея, женщина.

Мора попыталась ухмыльнуться, но губы не слушались её.

– Ты подслушивала, да?
– спросил богочеловек и широко улыбнулся.