"После того, как мы окажемся возле школы, то попробую уговорить учителя сходить на площадь собраний. Когда еще удастся посмотреть на Безымянного Короля?"

Он уже пытался придумать необходимые слова, дабы мастер отпустил его, когда впереди показалась каменная лестница, ведущая на улицу. Мастер Преномен показал рукой Квинту на тяжелые металлические двери. Широко улыбнувшись, бывший министр поднялся по ступенькам и распахнул врата. В глаза ударил яркий свет сотен жар-камней, разбросанных по астуле.

Следом вышел Исхак. Со стороны площади гудела толпа. А это значило, что Безымянный Король уже выступал. С самого начала дня горожане стекались как можно ближе к шатру богочеловека. Казалось, все население ожидало выступление. Консулы, хаяты, витамы, ремесленники, торговцы вместе направлялись на площадь.

Исхак бросил взгляд на распахнутые астульские ворота. Если мастер все-таки запретит ему покидать территорию старейшин, то он решил, что все равно сбежит. Когда еще удастся вживую увидеть самого бога! Порку он сможет выдержать...

Казалось, сегодняшний день отличался от вереницы прочих. Поставленные в металлические светильники жар-камни полыхали иступленным заревом. Из подземных ходов витамов дул прохладный ветерок, приносивший с собой запахи свежей выпечки и сладостей. В груди Исхака разливалась приятная теплота. Он чувствовал, что сегодня вся Юмента преобразилась. Богочеловек принес с собой надежду и веру.

Квинт вздохнул полной грудью и прошептал:

– Как же хорошо...

От долгого пребывания в камере его кожа побледнела. Тога бывшего министра давно превратилась в грязные лохмотья, от которых пахло мочой и еще чем-то едким. Некогда могучее тело ссохлось, лицо осунулось, а глаза ввалились и покраснели, отчего казалось, что Квинт заразился красной желчью. Однако, несмотря на болезненный вид, он остался в здравом уме.

– Вы хотите сначала поесть или переодеться?
– спросил мастер.

Квинт оглядел себя, затем провел пятерней по жирным, грязным волосам. Исхак готов был поклясться, что увидел в них маленьких жучков.

– Наверное, для начала стоит помыться, - пробасил бывший дворцовый министр.
– Но прежде, чем вы дадите мне новую одежду, позвольте задать два вопроса.

Мастер Преномен учтиво кивнул.

– Задавайте.

Квинт показал рукой на стены астулы.

– Что это за шум?
– спросил он.

– Сегодня в Юменте перед горожанами выступает с речью Безымянный Король. Шум раздается со стороны площади собраний.

Квинт, нахмурившись, взглянул на Исхака.

– Сегодня я умру? Вы хотите казнить меня? И для того выпустили из тюрьмы?

– Конечно, нет, - ответил мастер.
– Старейшина Димир попросил вас отпустить. Безымянный Король простил вашу дерзость.

– Я буду снова работать министром?

Преномен пожал плечами, растянул губы в легкой усмешке.

– Это уже третий вопрос. И я не знаю на него ответа. На все воля богочеловека. Я всего лишь слуга старейшин. Хочу только заметить, что вы сильный и крепкий человек, Квинт. Вы смогли с достоинством выдержать наказание. А теперь пойдемте в здание школы. Вас искупают и выдадут чистую одежду.

Исхак собирался уже было обратиться к учителю с просьбой его отпустить, когда до ушей докатился истошный женский крик. Он, Квинт и мастер одновременно повернули головы в сторону астульских ворот. Из-за стены раздавались вопли горожан, страшнее которых Исхак еще не слышал. Земля под ногами затряслась. А затем в ворота хлынули десятки горожан. На их лицах читался дикий ужас и отчаяние.

Мастер попытался было остановить бегущего мужчину в красной линумной тоге, когда тот, не говоря ни слова, ударил его кулаком в живот и скрылся в храме Тестатема. Квинт помог Преномену подняться.

Между тем, людей в астуле становилось всё больше и больше. Страх заставлял их толкаться и бежать подальше от неизвестной угрозы. Исхак увидел, как одна девушка споткнулась о камень, и грудной ребенок, которого она крепко прижимала к себе, выпал из рук. Окружающие её люди тут же затоптали маленький комочек плоти.

Вопли перекрыл гулкий колокольный звон, раздавшийся из храма Юзона. Из здания старейшин принялись выбегать мастера с длинными костяными палками.

Наконец, Исхак понял причину волнений людей: в астульских воротах появились пятеро палангаев с окровавленными гладиусами. Солдаты вонзали лезвия в спины горожан и весело смеялись, словно протыкали не живых существ, а подушки. Для них не было разницы кого убивать - женщины, дети, старики, мужчины падали у их ног.

– Исхак!
– закричал мастер Преномен.
– Уходи вместе с Квинтом в школу! И запритесь в комнате маленьких. Быстрее!