— Моя фамилия Беднов, — сердито сказал он.

— А моя — Сидоров, — насмешливо заметил начальник. — И что из этого?

— Я тот самый Беднов! — с нажимом сказал Андрей Борисович. — И попробуйте не оказать мне внимания — это дорого вам обойдется!

Мужчины в форме переглянулись, но ничего не сказали, а начальник сделал кислое лицо и, сменив тон, осведомился:

— Что у вас случилось?

— Почему задерживается вылет на Красноярск? — строго спросил Беднов. — Что за технические при — чины?

Начальник помрачнел лицом, зачем-то взял из пластмассового стаканчика ручку и задумчиво постукал ею по настольному стеклу.

— Вы хотели лететь этим рейсом? — уточнил он, глядя на Беднова с каким-то нехорошим интересом.

— Лететь должны моя жена и дочь, — отчеканил Беднов. — Это что-то меняет?

— Я бы посоветовал вам отложить поездку, — мягко сказал начальник, швыряя ручку обратно в стаканчик. — Если она не вызвана неотложной необходимостью.

— Она вызвана именно насущной необходимостью! — зло заявил Беднов. — Что с самолетом?

— Понимаете, случилась очень странная вещь, — пряча глаза, сказал начальник и вдруг спросил: — Я слышал, у вас в офисе убили сотрудницу выстрелом из этого… как его… арбалета?

— Возможно, — скрипнув зубами, ответил Беднов. — Какое это имеет отношение к делу?

— Боюсь, самое прямое, — всем своим видом изображая огорчение, сказал начальник. — Сегодня ночью кто-то выстрелил стальной стрелой в иллюминатор самолета. Стрелу нашли на асфальте — потому этот случай, к счастью, не остался незамеченным. В иллюминаторе крохотная трещинка, но на большой высоте это чревато. Теперь мы должны заменить стекло — это займет время. Кроме того, механики получили распоряжение самым тщательным образом осмотреть весь самолет — не исключено, что могут обнаружиться еще какие-то повреждения…

— Это невозможно! — заявил Беднов, бледнея.

— Ну, батенька! — воскликнул обиженно начальник. — Мы тут все свидетели… Между прочим, следователь уже был! Будет возбуждено уголовное дело по факту… А вы говорите, невозможно!

— Это черт знает что! — прорычал Беднов, почти не слушая его. — Где же была ваша охрана?

— Э-э, дорогой! Охрана! Площадь у меня видите какая? На каждый метр охранника не поставишь!

— У вас что — на каждом метре по самолету стоит? — с ненавистью спросил Беднов.

— Будете жаловаться? — кротко спросил начальник, устало прикрывая глаза ладонью. — Жалуйтесь! Это ваше право. Но, между прочим, у меня тут еще ни один не погиб, и ЧП худо-бедно, но мы предотвратили… Вам это ни о чем не говорит?

Беднов, не таясь, грязно выругался и вышел, хлопнув дверью. В комнате для отдыхающих он появился мрачнее тучи.

Жена его, сидя на диване, неотрывно смотрела в окно и думала о чем-то своем. Наташа-младшая стояла с ней рядом и, дергая мать за брюки, канючила что-то, морща нос. Та отвечала ей невпопад.

Увидев хозяина, охранники все как один поднялись и шагнули навстречу.

— Рейс откладывается! — гаркнул Беднов. — На неопределенное время! Ночью им засадили стрелу в иллюминатор! — Он не хотел этого говорить, но бурлившие в нем чувства требовали выхода.

Охранники озадаченно переглянулись. Беднов сунул руку в карман и вытащил оттуда авиабилеты. Тупо посмотрев на них, он шагнул затем к жене и протянул билеты ей. Она некоторое время сидела неподвижно, словно не слышала ничего и не видела.

— Все! Поехали отсюда! — выкрикнула она вдруг высоким вибрирующим голосом и, выхватив из рук мужа билеты, порвала их в клочки. — Я не останусь здесь ни одной минуты!.. И вообще… — Она обернулась и, найдя взглядом дочь, дернула ее за руку. — Ступай за мной!

— Что ты намереваешься делать? — спросил Беднов, загораживая ей дорогу.

Она несколько секунд всматривалась в его лицо неподвижными ненавидящими глазами, и Беднов уже ждал от нее крика, истерики, но она вдруг сказала очень тихо:

— Как я устала с тобой!

Беднов взял ее за плечи и легонько встряхнул.

— Сейчас не время, — строго сказал он. — Поедем сейчас домой — там разберемся.

— Мне все равно, — покорно произнесла жена.

Охранники снова сомкнули кольцо и торопливо повели Наталью с девочкой к выходу. Беднов шел впереди, зорко озираясь по сторонам. Люди расступались перед ним.

На улице быстро погрузились в «Мерседес» и поехали. Наташа-младшая неожиданно расплакалась, и мать принялась утешать ее. А Беднов почувствовал странное успокоение и удивился этому чувству.