Когда она начала эту свою песню, Раиса обратила внимание на взгляд Артура. Он, не отрываясь, смотрел на Полину с таким выражением на лице, как будто видел что-то недоступное окружающим. А когда Полина допела последнюю строчку, и последняя нота отзвучала в наступившей тишине, подошел к ней и поцеловал в губы.

Полина ответила на его поцелуй с неожиданной страстью… ее руки судорожно обнимали его за плечи, а голова откинулась назад.

А наутро был «отходняк». Раиса поднялась с тахты, на которой она заснула вчера, когда последний гость покинул особняк Артура. Не хотелось вставать, говорить, думать, хотелось видеть те сумасшедшие сны, которые преследовали ее всю ночь, но и спать она больше не могла.

В поисках Полины она отправилась бродить по комнатам, и обнаружила ту на втором этаже в кресле-качалке перед открытым окном.

Полине не хватало воздуха, и она тяжело дышала открытым ртом.

— Как сердце? — спросила Раиса.

— Пока колотится, — еле слышно ответила Полина и облизнула губы.

— А где Артур?

— Ушел.

— Нам нужно ехать.

— Я помню.

Через пятнадцать минут они покинули дом, не попрощавшись с хозяином, и, спустившись с горы, направились к морю. Накрапывал мелкий дождик, теплый, но неприятный, все небо было в тучах, и это соответствовало их настроению.

— Нормально, — сказала Полина.

Посидев на берегу моря, они немного пришли в себя и поднялись, когда окончательно продрогли.

— Надо поесть, — сказала Раиса.

— У тебя это какая-то навязчивая идея, — сморщилась Полина, но после двух чашек кофе даже проглотила половинку хачапури.

Они вышли из кафе, закурили и пошли отыскивать оставшиеся адреса, которые находились в разных концах города. Но добираться до них решили пешком — при одной мысли о городском транспорте тошнота подступала у обеих к горлу — и потратили на это полдня.

На этот раз и Раисе было не до обеда, поэтому они сели на электричку и поехали в Лазаревское.

Дождик закончился, и через полчаса невозможно было представить, что он изредка случается в этих местах. Жара, словно расплачиваясь за кратковременное отступление, навалилась на побережье с удвоенной силой.

Подходя к морю, девушки увидели чебуречную, в которую им нужно было зайти, но они уже изнывали от жары, а до моря, где они надеялись найти спасение, оставалось всего несколько шагов. Поэтому они благоразумно прошли мимо чебуречной и направились в сторону пляжа.

На пляже народу было не много. Большинство умудренных опытом отдыхающих проводили самое жаркое время суток дома или на террасах кафе и ресторанов. И только новички, которых нетрудно было заметить по синюшному цвету кожи, торопились использовать каждую минуту, чтобы обрести поскорее вожделенный загар. Еще было несколько загоревших до черноты суперменов, но им уже все было нипочем.

Подруги скинули с себя все лишнее и, не обращая внимания на любопытные взгляды озабоченных аборигенов, погрузились в соленую прохладу и проторчали в ней минут сорок.

Когда они вышли из воды, то обнаружили рядом со своей одеждой двух усатых ухажеров, которые наблюдали за ними с самого начала и теперь подошли с «серьезными намерениями».

— Шли бы вы отсюда, мальчики, — лениво сказала им Раиса, потому что на большее у нее не хватило сил.

— Повежливей, мартышка, а то ведь могу и обидеться, — не подумавши, сказал один из усачей.

Раиса поглядела на него с сожалением, залезла рукой в сумку и, достав оттуда пистолет, направила его на навязчивого кавалера.

— А ну дуйте отсюда, говнюки, пока не пристрелила к чертовой матери! — прошипела она и, видно, нашла нужную интонацию, поскольку «мальчиков» тут же сдуло с места. Больше они им не докучали.

— Теперь срочно в чебуречную, а то я пойду и утоплюсь, — сказала Полина, и Раиса поняла, что она приходит в себя.

Они поднялись на приморский бульвар и оказались перед входом в чебуречную. Найдя хозяина, они попросили его свести их с человеком по имени Константин и назвали его фамилию.

Хозяин сменил хмурую физиономию на ласковую улыбку и даже предложил:

— Не желаете ли хинкали? Я, разумеется, угощаю.

— Желаем, — рявкнула Полина неожиданно.

— Чего это ты? — удивленно спросила ее Раиса.

— А черт его знает, — хмуро ответила Полина. — Чего-то жрать захотелось. Все ты!

Они съели по порции хинкали и не пожалели об этом, горячие, только что приготовленные, обильно сдобренные черным перчиком, — это как раз то, что им в эту минуту было нужно.

Константина все еще не было, и Полина предложила:

— А что, не запить ли нам это дело бутылочкой сухого? А то все дурь и дурь.